Скоро идти на референдум, а на фоне войны в Иране, оборачивающейся коллапсом всей структуры жизнеобеспечения стран Залива, да и всего Ближнего Востока, все сильнее встает вопрос: а как у нас с жизненным уровнем нашего собственного населения?
Тем более, что реальная задача, которую правительству и Нацбанку предстоит решать в экстренном порядке, уже сформулирована президентом: увязать экономический рост с повышением доходов и улучшением качества жизни граждан. Для чего разработать пошаговый алгоритм действий.
Референдум, уже понятно, пройдет организованно и с нужным результатом, а вот последующие за ним выборы в новый Курултай обещают быть «оживленными» — слишком много вопросов насчет того самого качества жизни граждан накопилось. А потом еще предстоит согласование Курултаем кандидатуры вице-президента, со всей вытекающей из появления столь знаковой должности перспективой, не исключены и следующие президентские выборы…
Одним словом, совладают ли власти с реальным падением жизненного уровня казахстанцев – это вопрос сохранения социальной и политической стабильности в стране.
Попробуем и мы подсказать правительству с Национальным банком кое-что насчет пошагового алгоритма действий, начиная с объективной оценки ситуации, — угрожающе ухудшающейся.
За базу возьмем расклад семейных бюджетов, он-то как раз и не улучшается. Потребительские расходы за три квартала 2025 года: на продовольствие 52,3%, платные услуги 17,9% и расчеты с банками 6,5%. Это данные за неполный прошлый год, четвертый квартал вряд ли покажет улучшение, а ведь еще несколько лет назад доля расходов на пропитание еще только угрожающе подползала к половине, и это уже было крайне тревожно. Ныне же только поесть, рассчитаться за «коммуналку» и за банковский кредит – это уже 76,7%, больше трех четвертей средне-казахстанского семейного бюджета: на что прикажете жить?
А вот нынешняя реальность, уже не для семейного стола, а насчет проходимости общепита и розничных точек: средний чек снизился почти на 30%, это от Комитета развития малого-среднего бизнеса НПП «Атамекен». Констатируется двойной удар: рост налогов и падение покупательской способности.
Вот еще базовые данные для оценки ситуации: всего потребительские расходы казахстанских семей за три квартала прошлого года составили 49,6 трлн тенге, по году выйдет в районе 66 триллионов. По сравнению с ВВП это меньше 46%, то есть казахстанцам в их собственной стране достается меньше половины всего производимого, печально. Однако, все в этой жизни относительно и сравним с депозитами тех же казахстанцев в банках: на 1 января это 27,8 трлн, из них 25,5 срочные и накопительные вклады, то есть под коммерческий процент. Средний процент, кстати, 15,3.
То есть, за год вкладчикам набегает еще 3,9 триллионов тенге, неплохо, правда? И вообще: если почти половина годового потребления зарезервирована казахстанцами в их банковских накоплениях, о чем тогда тревожится? Неплохо живут люди, да еще и стремительно богатеют на банковских вкладах!
Однако, вот еще база для сравнения: кредиты населению на начало 2026 года — 24,8 трлн тенге. В том числе ипотечные 7 трлн, по ставке 10%, на потребительские цели 16,7 трлн тенге по средней ставке 22,3%.
Как-то не вяжется: зачем брать у банков в долг, если там же лежат и депозиты, да еще даже на большую сумму? И зачем, платя по полуторной ставке за в полтора раза меньшую, чем депозиты кредитную сумму, платить банкам почти столько же — 3,7 триллиона тенге?
Заметьте: все приведенные нами цифры – строго по официальной отчетности, но вот дать опирающийся на статистику ответ на депозитно-кредитный парадокс у нас не получится. Данные, сколько казахстанцев имеют банковские накопления, а сколько живут на кредиты — отсутствуют. Эти сведения охраняются, как гостайна.
Поэтому первый шаг алгоритма действий правительства и Нацбанка – рассекретить эту тайну. Хотя бы для своего собственного понятия.
Впрочем, половина тайны известна: в долгах перед банками – практически все население Казахстана, на каждого взрослого приходится более чем по одному кредиту. А из второй половинки засекреченного та же официальная статистика подсказывает и большую часть ответа: не приносящие дохода деньги казахстанцев в банках это 27,8 — 25,5 = 2,3 триллиона тенге. То есть, 2,3 трлн — это зарплатные и пенсионные счета и прочий расходный актив на карточках или просто в телефонах тоже практически всех казахстанцев, включая даже детей.
Зато 25,5 триллионов тенге и набегающие на них 3,9 трлн процентных выплат… О, эти деньги у очень и очень ограниченного круга наших соотечественников. Про 162 семейства, которым принадлежит большая половина национальных богатств, мы уже слышали, причем от самого нашего президента. Про наличие в Казахстане около 40 тысяч долларовых миллионеров нам тоже уже сообщали авторитетные международные инстанции. От себя добавим приблизительную оценку: накопления где-нибудь до 5 миллионов тенге, позволяющие хоть насколько-то уверенно смотреть в завтрашний день, имеют, возможно, миллион-другой казахстанцев.
Остальным приходится жить в кредит, и давайте сравним: 24,8/66=0,38. То есть, 38% и без того крайне скудного семейного бюджета средней казахстанской семьи уже покрывается за счет… Долга перед банками!
И смотрите, какой чудовищный антисоциальный банковский «насос» запущен. Нет, не специально запущен правительством и Национальным банком, они к этому «насосу» приставлены в качестве обслуги.
Сам же насос таков: из крайне ограниченного фонда потребления (включая и тот самый упавший на 30% чек кафе и точек общепита) выкачивается по 3,7 трлн тенге, и одновременно в накопления горстки самых богатых закачиваются лишние 3,9 триллионов.
И еще: 7 трлн тенге ипотечных кредитов обходятся их получателям все-таки по 10% — государство спонсирует за счет бюджета. Порадуемся за ипотечников и поблагодарим государство, однако далеко не вся ипотека по жилью льготна, значительная часть так и платит «от 19%». И потом, ипотечники – все-таки не самая нуждающаяся часть казахстанцев, здесь насос господдержки тоже работает от бедных к тем, кто побогаче.
Наконец, правительство и Нацбанк умудрились запустить откачивающий насос в пользу более состоятельных вкладчиков и в накопительном пузыре ЕНПФ. Мало того, что в этот пузырь ежемесячно откачиваются из семейных бюджетов всех официально работающих по 10% заработков, а из дефицитного бюджета откачивается в тот же накопительный пузырь «инвестиционный» доход, так еще получающим побольше разрешено вытаскивать часть денег на жилье и якобы лечение.
Все как будто не специально и не заметно, но банки – это перекачивающие насосы от бедных к богатым. Точнее, от массово небогатых казахстанцев к кучке сверхбогатых.
Вы спросите: но банки – не благотворительные организации, как они могут работать себе в убыток: 3,9 трлн накруток на депозиты против 3,7 трлн доходов от кредитования?
К тому же, они и в бюджет платят немало: в 2025 году по КПН – корпоративному подоходному налогу, от них поступило 682 млрд тенге, и это на целых 51% больше, чем годом ранее!
Вот только не надо переживать за банки!
Мы же говорим: в этой жизни все относительно: чистая прибыль банков в 2025 году – 2,7 трлн тенге, есть из чего платить налог, не находите?
И вообще, за последние годы прибыль банков выросла в четыре раза! Конкретно, в 2019 году она была «всего» 746 млрд тенге, растет как на дрожжах!
Осталось нам спросить правительство с Национальным банком: что это за дрожжи такие? Откуда у частных коммерческих банков потрясающие сверхприбыли, если кредитованием производительной экономики они не занимаются, если покупательная способность населения в минусе, рентабельность малого-среднего бизнеса на нуле, а бюджет в дефиците?
И не пора ли, для начала, перезапустить банковский насос «от бедных к богатым» в обратную сторону?
