Выступление президента на Курултае было очень важным. Это был обзор всех значимых для страны внешних событий, внутренних задач и вызовов, с обозначением собственной позиции главы государства. Где-то – прямым текстом, где-то на полутонах и сдержках-противовесах.
«Евразия-24» согласна со всем заявленным, и с прямым текстом, и с верно расставленными полутонами. Мы даже готовы… нет, не согласиться, но понять позицию главы государства, вынужденного взять на себя ответственность за повышение НДС. Ни у президента, ни у нас с вами нет другого правительства, а у правительства нет других идей по стабилизации бюджета.
Правительство, — и вся страна вместе с ним, зажаты между неприкасаемыми иностранными концессиями на Тенгизе, Карачаганаке и Кашагане, выкачивающими принадлежащую народу сырьевую ренту, и неприкасаемым банковским и финансовым сектором, перекачивающим за границу ренту от внешних займов и инвестиций. А также собирающим в свой карман инфляционную ренту с населения и экономики, которую Национальный банк своей курсовой и денежно-кредитной политикой сам и создает, а банкиры и финансисты – присваивают.
Борьба за освобождение от этих трех форм внешней эксплуатации: экспортно-сырьевой, кредитно-инвестиционной и инфляционной еще только предстоит, надо копить и беречь силы.
А еще мы бы, пожалуй, дополнили позицию президента насчет единого часового пояса правом местных властей самостоятельно принимать решения-рекомендации об удобных графиках начала и окончания рабочего дня в детских садах и в школах, на предприятиях и организациях. Пусть то общественное недовольство, которое правительство пытается отбивать вычурно-беспомощными «доказательствами», трансформируется в созидательное обсуждение городских властей и местных активов насчет того, как лучше приспосабливаться к ходящему по небосводу солнышку.
Из особо важных мы бы выделили заявление президента о поддержке администрации Трампа в борьбе с «глубинным государством». На фоне объективного партнерства президента США с президентом РФ в разрешении Украинского конфликта, в фактическом противостоянии с шокированной и растерянной Европой, такая вполне конкретно заявленная позиция – это своевременный и смелый шаг. Тем более смелый, что (осмелимся предположить) далеко не все в госаппарате и даже ближнем круге разделяют такое позиционирование. Получается, что президент Токаев сам делает шаг из старого Казахстана в новый. Страна, точно, хочет того же, а вот хочет ли власть?
Из внутренних вопросов мы бы вынесли на первое место президентские приоритеты в части развития цифровизации и электроэнергетики, включая строительство сразу трех АЭС и превращение Казахстана в экспортера электроэнергии.
Со своей стороны, объединяем цифровизацию и экспорт электроэнергии в одну задачу и вот почему. Переход на ИИ и цифровые валюты – это, прежде всего, электроэнергия, причем в гигантских дополнительных объемах. В новом многополярном мире впереди будет тот, кто сможет вырабатывать любые объемы дешевого электричества для себя и на экспорт. Причем экспортировать даже не киловатт-часы, а майнинг – готовый цифровой продукт.
Поэтому полностью разделяя президентскую постановку задачи, дополняем ее тремя пунктами.
Во-первых, одновременно с форсированным строительством АЭС надо форсированно наращивать угольные мощности, а также и газовые. На современных закритических параметрах и супер-газоочисткой, но уголь Экибастуза обязан оставаться локомотивом энергетики.
Во-вторых, прекратить навязанную извне политику преференций для ВИЭ. Приоритетный закуп «альтернативной» выработки должен быть заменен на конкурентное участие солнечных и ветровых установок в диспетчерском графике и на балансирующем рынке, наравне с традиционными электростанциями.
В-третьих, и главных: удушающая для самой энергетики и для ее потребителей политика «тариф в обмен на инвестиции», тем более – на внешне-заемные инвестиции, должна быть заменена на национальное и вне-тарифное инвестирование, путем превращения ЕНПФ в накопительно-инвестиционный банк. Строящиеся АЭС, ГРЭС и ТЭЦ должны инвестироваться будущими пенсионерами и принадлежать народу Казахстана.
А теперь – самое главное: насчет того, почему так важно выступление президента Казахстана на Курултае, равно как и обращение с Посланиями народу.
Суть в том, что в нашем суперпрезидентском государственном устройстве президент, – это персональное олицетворение и Гарант того самого Общественного договора, тема которого зазвучала совсем недавно особенно остро.
Остроту этой теме придало как раз намерение правительства повысить ставку и опустить планку обложения НДС. В ответ со стороны экспертного сообщества стали раздаваться голоса об одностороннем выходе власти из Общественного договора. Далее эта тема была подхвачена уже стороной власти: председателем Сената «запасным президентом» Мауленом Ашимбаевым и вице-премьером Сериком Жумангариным.
Такого института, как Общественный договор, тем более его текста – не существует. Зато у нас есть президент – конституционный символ и гарант единства народа и государственной власти, незыблемости Конституции, прав и свобод человека и гражданина, имеющий право выступать сразу от имени народа и государства.
Вот почему так важны его публичные выступления: и то, что глава государства говорит, и то, перед кем он выступает.
Насчет того, всегда ли реализуются правильные слова главы государства и не пора ли здесь кое-что улучшить – мы обязательно поговорим в следующий раз. Вот эта мысль – что президент Республики Казахстан и есть Общественный договор Власти с Народом, она стоит того, чтобы к ней возвращаться.
Пока же завершим темой Курултая, как публичной площадки между Президентом и Обществом: а кто его выбирал?
Вспомним формулу «сильный президент – влиятельный парламент»: по существу, она тоже очень правильная. Президент – избираемый народом глава исполнительной власти. Парламент – избираемый народом орган законодательной власти. Сила президента – в способности доводить до исполнения свои собственные обещания и поручения. Сила парламента – в превращении в законы своих обязательств перед избирателями.
Президентско-парламентские системы широко представлены в современном мире и в целом, в случае правильных балансов, их достаточно, никаких дополнительных придумок не требуется.
У нас же обязательно что-нибудь дополнительное придумывается – если не Ассамблея народа Казахстана, то Национальный совет общественного доверия, а если не НСОД, то Курултай.
При министерствах и госхолдингах существуют Общественные советы – много ли они добавляют к работе того, при чем существуют? Такие же Общественные советы имеются при акиматах: не в качестве ли суррогатной подмены «никаких» маслихатов? А кто подбирает составы таких «общественных» представителей: разве не сами министерства и госхолдинги? И разве не акимы, фактически определяющие, кому заседать в маслихатах, формируют и «общественные» советы при них?
При Мажилисе тоже существует Общественная палата – довольно бойкая и далеко не бесполезная структура, но, опять-таки, не суррогатная ли это подмена не дотягивающего до нужного качества оригинала? Одно дело, подтягивать к работе парламента экспертов, другое дело – неких «представителей общества». Отбираемых примерно так же, как отбирают, — мы знаем как, и депутатов.
Стоит посмотреть на список, а еще лучше – на видеоряд членов Курултая: нам только кажется, что сидит как на подбор только старый Казахстан?
Одним словом, богатая тема, стоит продолжить.
