В кулуарах парламента председатель Национального банка Тимур Сулейменов заявил, что ускорение инфляции связано с ростом денежной массы: «В экономику поступает много денег… Ключевые источники — крупные фискальные вливания и расширение потребкредитования. Предложение товаров и услуг не успевает за спросом, экономика перегревается, цены растут».
Ну что же, руководителю органа, отвечающего за монетарную политику и имеющего, по Закону о Национальном банке, основной целью стабилизацию цен, полагается знать ситуацию с деньгами в экономике. И если он говорит, что все дело в денежном избытке, значит, так оно и есть. Осталось понять, а у кого этот самый излишек денег, за которым не поспевает предложение товаров-услуг на рынке и который так пугающе разгоняет цены.
Чтобы ничего не выдумывать и не возводить напраслины на солидные инстанции и ответственных руководителей, поищем ответы строго в поле официальной статистики.
Вот вам откровенно такие скучные, но зато взятые прямо из оригинальных источников цитаты. Плюс, наши минимальные комментарии к ним.
В структуре ВВП по компонентам конечного использования за январь-июнь 2025 года доля расходов на конечное потребление составила 63,2%, в том числе домашние хозяйства ровно 50,0%, бюджет 12,8%. Остальное — валовое накопление — 30,5% и чистый экспорт – 6,3%.
Наш комментарий. В деньгах эти ровно 50 процентов от всего валового национального продукта составили 29,8 трлн тенге. Итого по году все 20 миллионов казахстанцев и все примерно 6 миллионов семей, со всеми стариками, детьми и прочими иждивенцами, заработают всеми какими только смогут способами и, соответственно, смогут потратить на себя порядка 60 трлн тенге. Итого по три миллиона в год и по 250 тысяч тенге в месяц на каждую взрослую и детскую душу.
Эта наша прикидка не вполне совпадает, но и не сильно расходится с такой тоже официальной строчкой: среднедушевые номинальные денежные доходы населения во II квартале 2025 года составили 236501 тенге в месяц. И далее тоже совершенно официальный – по данным Бюро национальной статистики — расклад семейного бюджета за второй квартал этого года: продовольствие 52,5%, непродовольственные товары 20,3%, платные услуги 18,5%, погашение кредита 6,5%, помощь родственникам 2,0%, налоги и другие платежи государству 0,2%.
И здесь, стоп, просится комментарий чуть более развернутый.
Во-первых, насчет небольшого, но все же расхождения в оценке подушевых доходов. Если по отчетности ЕНПФ, учитывающей только официальные заработки, то таковых в нашей стране тоже ровно половина от того, что дает Национальное статбюро. Другую половину неофициальных доходов казахстанцев статистики как-то сами рассчитывают по своим методикам и, как видим, иногда ошибаются, но не сильно. Еще бы, ведь рынок труда у нас в стране – наполовину нелегальный. Государство – само по себе, люди – сами по себе.
А наше «во-вторых» вытекает из «во-первых»: народ наш, в отличие от, допустим, американского, налогоплательщиком назвать сложно. Помимо того, что с официально работающих взимают в бухгалтериях, казахстанцы ни в каких фискальных отношениях с государством не состоят. Не считая, конечно, того, что государство снимает со своих подданных через тарифы и через накладываемый на все цены на рынке НДС.
Тарифы наше правительство замораживает на всю зиму (кто бы еще саму зиму заморозил!). Зато с первого января на все цены накладывается новая повышенная ставка НДС, плюс расширяется круг плательщиков налога на добавленную стоимость. И еще будем посмотреть, кто кого пересилит: тарифная заморозка или эскалация цен через НДС. Впрочем, повышаемый НДС ложится и на тарифы, поэтому с обещаниями замораживания стоимости электроэнергии и коммунальных услуг, как и цен на ГСМ, правительство, похоже, погорячилось.
А в-третьих, и главных, давайте еще раз вглядимся в расклад семейных бюджетов, — тех самых настолько переполненных деньгами, что за ними не поспевает предложение товаров-услуг на рынке. И которые, по мнению ответственного за стабильность цен председателя Национального банка, мешают ему выполнять возложенную на него миссию.
Пятьдесят два с половиной процента всех семейных расходов по всему Казахстану только на еду, плюс 18,5% на услуги, в основном ЖКХ, плюс уже 6,5% на оплату кредитов… Все, дальше статистику можно не продолжать. Это не излишек денежного предложения, это тяжелая, очень тяжелая дистрофия платежеспособности массового казахстанского покупателя.
И мы даже можем намекнуть верхам, почему низы еще не вскипают у нас революционным возмущением. Похоже, статистики все же недосчитывают величину нелегальной части заработков казахстанцев, она, похоже, больше. И люди как-то приспособились существовать вообще вдали от государства. Ну и, конечно, запас бесконечного (пока кто-то этим не воспользуется) терпения народа.
Но в одном председатель Национального банка прав: кредитование тоже разгоняет цены. Смотрите: на всего-то 60 триллионов годовой платежеспособности казахстанцев приходится уже 25,5 триллионов тенге (на 1 сентября) кредитов физическим лицам.
Без малого половина и без того катастрофически недостаточной платежеспособности населения Казахстана осуществляется за счет растущего долга перед банками!
Банки-кредиторы «пылесосят» и этот скудный рынок: выдавая беднеющим заемщикам все новые и новые кредиты, они через их обслуживание высасывают с потребительского рынка все выданное и дополнительный доходный процент. Который стараниями Национального банка, повысившего базовую ставку до 18%, стал еще больше.
Закрадываются смутные сомнения: а знает ли председатель Национального банка, произнося вот это: «На наш взгляд, инфляция складывается из-за того, что у нас много денег…», предмет своих рассуждений?
Хотя, не сомневаемся, предмет-то знает очень хорошо. И именно поэтому кое-что не договаривает.
Договорим за него мы.
На наш, Евразии24, взгляд, инфляция складывается из-за того, что Национальный банк, искусственно завышая стоимость денег на межбанковском и финансовом рынке, и, значит, и общую стоимость денег в экономике, раздувает все виды инфляции издержек у производителей, у транспортных и торговых организаций. И из-за того, что завышенная базовая ставка Национального банка, вкупе с отсутствием базового кредитования банков второго уровня, блокирует внутренний кредит и инвестиции, блокирует наращивание производства товаров и услуг на внутреннем рынке.
Другими словами, вот эта констатация Тимура Сулейменова: «экономика перегревается» — она верна. Только перегревается экономика не избытком денег у покупателей, а их устроенной Национальным банком искусственной дороговизной.
А еще мы могли бы указать председателю Национального банка на действительно прямо-таки хлещущий на потребительский рынок и раздувающий цены избыток денег, и подсказать, как перекрыть кран.
Смотрите, как получается: принципиально не кредитуя БВУ, Национальный банк через депозитные аукционы и продажу долговых нот сам выступает перед ними Национальным заемщиком, занимая все более растущие и буквально астрономические уже суммы. В августе это доходило до шести с половиной — семи триллионов (?!) тенге, ныне, наверное, еще больше. Умножьте семь триллионов на поднятую уже выше 17 процентов стоимость денег на межбанковском рынке, – вот какой устроенный самим Национальным банком инфляционный фонтан пора затыкать, пока экономика, заодно с населением, не «перегрелась» окончательно.
