Вынесенным на главную позицию выводом, которым «Евразия-24» завершила свой 2025 год, был такой: «госвлияние тормозит рынок».
Это не мнение редакции, а всего лишь пересказ свежего обзора ОЭСР – организации экономического сотрудничества и развития о состоянии конкуренции в Казахстане, в котором прямо так и констатировано: «Высокий уровень участия государства в экономике нивелирует преобразования, к которым страна выразила готовность еще 10 лет назад».
Казалось бы, как на главную новость, с которой Казахстан входит в 2026 год, может претендовать обзор какой-то иностранной организации, членом которой Казахстан даже не является?
Хотели ли мы стать членом этой международной структуры? Да – хотели, имплементацией стандартов ОЭСР неизменно заканчиваются все составляемые на пять-семь лет вперед планы социально-экономического развития последние лет уже как минимум двадцать. Но пока вытянули лишь на уровень «ассоциированного члена», и то не при всей ОЭСР, а Комитета по инвестициям.
Ну и с чего бы комплексовать, ведь цель войти в тридцатку наиболее конкурентоспособных государств, — а это и есть все сплошь члены ОЭСР, записана в Стратегии «Казахстан-2050», времени более чем достаточно.
ОЭСР, если брать по времени создания, целям-задачам и истории расширения членства, это экономический аналог НАТО. Ныне в состав входят 36 стран, но, по сути, это Соединенные Штаты со своими Европейскими — Евросоюз, Азиатскими (Япония, Тайвань, Корея) и Ближневосточными (Израиль) филиалами. Граница отсечения, это статус «развивающегося» государства, тогда как члены ОЭСР – развитые. Бывают и исключения, — Колумбия, Мексика или та же Турция, но это уже авансом – за безусловную верность Западному сообществу.
Вхождение в такой клуб «развивающегося» Казахстана, — большой вопрос, даже чисто теоретически.
Президент Токаев, правда, поручал собственной АП актуализировать Стратегию, но там сочли за благо не заглядывать так далеко, — время само все поправит. В наших краях надежно работает притча про Насреддина, его ишака и шаха: вот уже как-то не слышно про тот Давосский рейтинг, по которому Казахстан собирался входить в мировую тридцатку, да и судьба Евросоюза с НАТО уже сейчас под вопросом.
Но все же: ориентация на недосягаемое, погоня за недостижимым – тоже хорошие технологии, позволяют иной раз прыгнуть выше головы. Вернее, в нашем случае наоборот – как раз максимально ужаться, — нашему государству. Чтобы протиснуться на половину «развитых» под предельно низко установленной планкой.
В нашем случае, — насчет «выраженной еще 10 лет назад готовности», это утвержденный в конце 2015 года правительственный «Комплексный план приватизации на 2016-2020 годы», где как раз и заложено доведение уровня участия государства до 15%.
А вот еще документ свежее, предвыборная президентская программа 2022 года: «сократим присутствие государства в экономике к 2025 году до 14%». Задача (если не сомневаться в достижении ранее намеченного) не такая уж сложная – забрать у государства еще один процент участия в экономике.
Но вот приведенные в нашей публикации данные на этот самый отчетный 2025 год: доля участия государства в производстве товаров — 55%, в сфере услуг – около 44%.
И далее, у нас же, со ссылкой уже не на недостижимую ОЭСР, а на аналитиков нашей родной «Halyk Finance», еще такие констатации, прямо как гвозди в крышку гроба — способности государства исполнять свои же намерения: «По показателю «Распространенность иностранной собственности в компаниях» уровень составил 3,85 балла – ниже медианного уровня 4,5, что также во многом объясняется значительной ролью государства в экономике и свидетельствует о недостаточной интенсивности внутренней конкуренции».
Чуете, сразу два смертных греха: мало того, что государство упорно держится за свою более чем половинную долю в экономике, так оно еще и иностранных собственников не пускает!
Но, если вы хотите знать нашу принципиальную позицию, она такова: в экономике Казахстана доля государства категорически недостаточна!
Особенно после принятия на референдуме 2022 года конституционной нормы о том, что земля и ее недра принадлежат народу. И о том, что это право от имени народа осуществляет государство. Заметьте: от имени народа, а не от имени неких частных собственников, тем более иностранных!
Но откуда тогда вот эта упорно неисполнимая мечта о недостижимых 15-14 процентах государственного участия, десятилетней, по крайней мере, давности? Напомним: план приватизации на 2016-2020 годы был принят вдогонку срочно разработанному в том же 2015-м Плану нации «100 шагов», тоже не просто проваленному, а проваленному, что называется, триумфально, — фундаментально и убедительно.
Тот план стал реакцией старого Казахстана на события 2012-2014 годов, положившие начало новой исторической эры на постсоветском пространстве: создание Таможенного и Евразийского экономического союзов, ответный Майдан в Киеве, ответная реакция в виде Крыма, ЛНР и ДНР, ответные санкции и ответное российское эмбарго, ответное обрушение мировых цен на нефть, ответная девальвация рубля и догоняющая девальвация тенге…
И вот в старом Казахстане не придумали ничего лучше, чем те самые «сто шагов», среди которых было и много дельного. Но в основе лежали две заведомо неосуществимые и фундаментально провальные мечты: привлечь в Казахстан «якорных инвесторов» и превратить МФЦА в реальный финансовый хаб. Со всеми, кстати сказать, ссылками на ОЭСР.
И тут, если уж совсем начистоту, давайте скажем горькую правду: развитым, — в нынешнем глобально-ростовщическом формате странам, категорически нужны «развивающиеся», такие как Казахстан. В смысле, принципиально неразвитые, в частности, не имеющие в собственности ключевые месторождения и не имеющие кредитного и инвестиционного потенциала у собственной национальной валюты. Зато истово верующие во внушаемые им иллюзии. Это как слуги в господском доме, верящие, что послушанием сами попадут в господа.
Истинная правда в том, что место Казахстана в глобальном разделении труда, предложенном развитой «тридцаткой» остальному миру – это роль поставщика природного сырья и получателя иностранных инвестиций, на этом все, точка. И еще иконка ОЭСР для правительственных молений. Жалеть-не жалеть о таком замечательном месте, но как раз такая однополярная глобальная конструкция сейчас стремительно трансформируется в многополярную.
«Развивающийся» Казахстан, в отличие от пост-колониальной Азии и Африки, оказался в положении стран «третьего мира» прямо из социалистического прошлого, с очень даже развитой энергетической, транспортной, коммунальной и социальной инфраструктурой. Кое-кому очень бы хотелось окончательно избавить государство от такого наследства, но это не по силам даже нашему супер-либеральному правительству.
А потому давайте надеяться, что 2026 год станет для нашей страны началом поиска действительно нового и справедливого места в Евразийском раскладе.
