Дело, значит, было такое: один депутат обиделся на одного вице-министра, что тот дает в парламент ложную информацию. Подробности вот здесь, но, чтобы все не пересказывать, изложим самую суть.
Есть такое правило: недропользователи обязаны делать 1-процентные отчисления на НИОКР – научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. Принудительная, так сказать, «наукизация» отрасли: современные технологии, ИИ, цифровизация и все такое. В данном случае дело шло через Минэнерго, которое и выступает заказчиком, — на своем научно-техническом совете утверждает тематику тех самых НИОКР, объем и стоимость работ, исполнителей и – вперед!
И вот выясняется, что одна компания много лет получала крупные заказы и… крупно воровала. Только две женщины из небольшой компании, в которой работают 60 человек, украли 6 миллиардов тенге. Был суд, на котором эти женщины заявили, что их вынуждали это делать, деньги шли на взятки, на подкуп, а в реальности в этой считающейся высокотехнологичной компании никакого местного содержания не было, потому что даже оборудования не было.
Вот депутат Мурат Абенов и попросил вице-министра энергетики Ерлана Акбарова объяснить, почему сотрудничество с такой компанией продолжается.
А тот вместо ответа стал рассказывать, что министерство только утверждает проекты, а контрольной функции у него нет. И вообще, это не воровство, а лжепредпринимательство.
И тут как раз у них и вышел принципиальный спор: если суд установил, что это воровство, значит воровство и есть, и нечего давать в парламент ложную информацию!
Давайте помирим спорщиков: вы оба правы — налицо как лжепредпринимательство, так и воровство!
И ничего такого ложного вице-министр Акбаров депутату Абенову и другим членам Комитета по вопросам экологии и природопользования не сообщил: так и выложил чистую правду: «эту научную работу мы получили, по ней никаких вопросов не было». Да и с чего бы у Минэнерго появились вопросы, ведь это никакое не воровство, а нормальное лжепредпринимательство?
