Cronos.Asia цитирует швейцарского специалиста по энергетической безопасности Владимира Паддака: «Санкции против России и удары дронов грозят топливным кризисом в Центральной Азии и Монголии. Санкции и военные потрясения, начавшиеся с начала войны в Украине, выявили глубокую зависимость Центральной Азии и Монголии от российских энергоресурсов. Усиление украинских ударов дронов вывело из строя около 20% российской нефтеперерабатывающих мощностей — примерно 500 тыс. баррелей в сутки, что вынудило Москву в сентябре ограничить экспорт бензина и дизеля на фоне энергетических перебоев в десятках российских регионов. Казахстан обеспечивает себя нефтью и газом, но импортирует российскую электроэнергию для покрытия внутренних потребностей. Российская компания «Лукойл» владеет 50% в проекте «Каламкас-Хазар», который находится под угрозой вторичных санкций США. А в Узбекистане «Лукойл» эксплуатирует 13 месторождений, что делает ее вторым по величине производителем газа в стране. Россия обеспечивает до 95% потребности Монголии в нефтепродуктах, до 90% — в Таджикистане, более 90% потребности Кыргызстана в бензине и дизельном топливе. Поскольку ограничения России на экспорт топлива, вероятно, останутся до 2025 года, региону предстоит суровая зима с возможным введением норм отпуска топлива и устойчиво высокими ценами на энергоносители. Новейшие санкции США и ЕС — при строгом их соблюдении — лишь усугубят борьбу Центральной Азии и Монголии с хронической энергетической нестабильностью».
Евразия24 комментирует:
В июле 2025-го сооснователь и менеджер по исследованиям SpecialEurasia Джулиано Бифольки довольно детально разобрал причины энергетической зависимости Центральной Азии от поставок из России. «Экспорт углеводородов вносит положительный вклад в торговые балансы республик Центральной Азии. Однако никто не смог адекватно конвертировать экспортную выручку во всестороннюю диверсификацию экономики. Потоки прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в основном концентрируются в энергетическом секторе и инфраструктурных проектах, которые китайский капитал в основном финансирует в рамках инициативы «Один пояс, один путь» (BRI). Финансовые рынки в регионе остаются слабо развитыми, что отражает политические риски и ограниченную ликвидность», — написал аналитик. Есть и другие похожие точки зрения, в которых основная смысловая нить – растущий спрос на энергоносители на фоне морального и физического устаревания энергетической инфраструктуры в странах Центральной Азии. Антироссийские издания акцентируют, что Россия подавила попытки Центральной Азии диверсифицироваться своими поставками, а независимые аналитики склонны считать неготовность региона к самостоятельному покрытию собственных потребностей нерациональным использованием своей экспортной выручки. Факт остается фактом – на Центральную Азию наступает трудная зима.
