Kursiv сообщает: «Депутат Заитов просит амнистировать осужденных за комментарии в соцсетях. Ринат Заитов во время обсуждения проекта закона об амнистии просил внести в список подлежащих помилованию статью 274 УК РК – распространение заведомо ложной информации. По его словам, многих казахстанцев судят за комментарии в социальных сетях. Он считает, что это неправильно. «Уважаемые коллеги, единственное, о чем я прошу, — это амнистия не для тех, кто совершил правонарушение в состоянии алкогольного опьянения, не для других подобных категорий. У нас есть люди, которых судят за комментарии в социальных сетях», — отметил мажилисмен. Затем Заитов стал «умолять» добавить статью. «Сейчас не место подробно говорить о том, какие это статьи и о ком шла речь. Я умоляю всех коллег помочь, чтобы под амнистию попали те, кто проходит по статье 274 УК РК. Ради Всевышнего», — сказал он».
Евразия24 комментирует:
Избирательность депутата Рината Заитова амнистировать «ложноинформационщиков», а не, скажем, осужденных по тяжким статьям женщин, отомстивших своим мужьям-тиранам, нам лично непонятна. Да еще и через мольбы. Причем депутат, комментируя свою просьбу, вспоминает только тех, кого «судят за комментарии в соцсетях», то есть обыкновенных пользователей, оголтело присоединяющихся к волнам хайпа.
А правозащитники уже несколько лет бьют тревогу, что статья 274 УК РК стала дубиной в руках государства против СМИ и дипломированных журналистов, и это не просто обывательские «комментарии в соцсетях». Мы бы поняли старания и заботу депутата Заитова о «несправедливо» осужденных, если бы он, скажем, в целом поднял проблему качества правосудия в стране. Не факт же, что все судимые за заведомо ложные комментарии отбывают наказание, несопоставимое с тяжестью преступления.
В казахстанском сегменте соцсетей действуют целые ботофермы и пользовательские группы для раскачивания внутриполитической и социальной стабильности. Да, туда затягивает и простодушных людей по наивности или глупости. Но в каждом отдельном случае нужно разбираться детально, и это в первую очередь функция следствия и суда, а не депутата с актерским образованием, который почему-то вдруг стал милосерден только к одной группе осужденных.
