На канале «Просто журналистика» его ведущий Лукпан Ахмедьяров озадачился вопросом: «Зачем Токаев меняет Конституцию?»
Расширенно, вопрос звучит так: «Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев инициирует третий референдум с момента своего прихода во власть. Изначально предполагалось, что это будет парламентская реформа. Но после Курултая власть неожиданно озадачились реформой Конституции. Зачем?»
Для ответа были привлечены медиа-эксперт Диана Окремова, правозащитница Татьяна Чернобиль, бывший сенатор Зауреш Баталова и политолог Димаш Альжанов.
Первая опрашиваемая задалась самым главным вопросом: «почему поправки в Конституцию, которые позиционируются, как достижения демократии, на самом деле при более внимательном взгляде оказываются удавкой на шее людей, которые хотели бы добиться свободы и расширения своих прав?». Ее ответ: проблема не в законах, а в правоприменении, «…на самом деле это какая-то большая игра».
Евразия 24 комментирует:
Сам ведущий к вынесенному в заголовок вопросу «зачем?» добавил и такой свой ответ-подсказку, вернее, констатацию. По его мнению, это «Хроника пикирующей автократии».
Однако, с чего бы это нашей власти куда-то пикировать?
Наоборот, если послушать того же ведущего и всех опрошенных им экспертов, даже намека на то, что обновление Конституции власти предпринимают, боясь свалиться в какое-то пике, не прозвучало. Сетуют правозащитники как раз на то, что власти, двигаясь не к усилению демократии, а в другую сторону, ведут себя вполне уверенно. И могут позволить себе не обращать внимания на достаточно-таки массированную и дружную критику со стороны правозащитников.
Ведь не только на канале у Лукпана Ахмедьярова, но и на целом ряде других информационных ресурсов той же либеральной сетки прозвучала примерно одинаковая, и достаточно обоснованная, с позиции такой сетки, критика и — ничего!
И здесь «Евразия-24» хотела бы дать свое понимание: почему так? Почему медиа-деятелям гражданским активистам прозападного направления дружно и категорически не нравится обновление Конституции?
Похоже, опасность для себя они чуют не в усилении авторитаризма, а тревожном предчувствии, что времена эдакой либеральной, на самом деле, неоколониальной экономики заканчиваются.
И хотелось бы, чтобы они оказались правы…
