Нефтегазовый аналитик Олжас Байдильдинов сообщает: «Вы помните, я писал ранее, что Концепция развития нефтеперерабатывающей отрасли до 2040 г не отвечает на 2 самых главных вопроса: откуда брать нефть (ее у нас нет) и какие будут цены на топливо, когда расширятся действующие три НПЗ и будет построен новый 4-ый НПЗ. Нефть, очевидно, придется брать у китов (это Тенгиз либо Кашаган) — по $20-25 за баррель как сейчас «сдают» казахстанские компании на внутренний рынок, они явно продавать не будут, а стоимость модернизации 3 НПЗ и постройки нового завода превысит $14-16 млрд. То есть цена на «социальный» Аи-92 будет к тому времени примерно $1 за литр. Олжас Абаевич правильно отметил: «Наращивание мощностей нефтепереработки напрямую связано с привлекательностью цен на ГСМ на внутреннем рынке. В нынешней ситуации, когда цены на бензин и дизель в Казахстане вдвое ниже, чем у соседей, инвестиции в нефтепереработку экономически нецелесообразны. Поэтому надо активно продолжить либерализацию рынка. Это вопрос экономической безопасности». Подчеркну вновь: при текущих ценах ни один завод/модернизация – не окупятся никогда, и мы будем по-прежнему импортировать нефтепродукты из России. Поэтому всё верно: выравнивание цен на топливо – это вопрос нашей энергетической и экономической безопасности. Но я за то, чтобы профильное министерство заранее предупредило всех автовладельцев: бензин в будущем будет стоить около $1».
Евразия24 комментирует:
Немного от себя добавим – еще важно, сколько будет стоить сам доллар. Евразийский банк развития, например, в июньском макропрогнозе на 2026-2028 ожидает средний курс около 505 тенге за доллар в 2027 году и 525 тенге в 2028-м. При этом ЕАБР прямо говорит об умеренном ослаблении тенге в эти годы.
Вот поэтому итоговая арифметика по прогнозу Байдильдинова достаточно серьезно будет рассматриваться автомобилистами не по цене топлива в долларах, а по его курсу в тенге.
Учитывая, что топливо в Казахстане – не просто товар, а социально значимый продукт, влияющий на общую инфляцию, одномоментное изменение стоимости ГСМ окажется гораздо болезненнее, чем это можно представить.
Мы предполагаем, что государство, пусть даже сейчас понимая неизбежность роста стоимости топлива, будет максимально долго растягивать переход к новым ценам, чтобы избежать социальный коллапс.
