Финансовый аналитик Андрей Чеботарев рассуждает: «Битва за инфляцию. ДА: Сдерживать и понижать инфляцию действительно очень важно. Инфляция, снижение покупательской способности, это та невидимая коррозия, которая разъедает все наши сбережения и накопления. Высокая инфляция — невидимый враг, который каждый день, каждую минуту уничтожает экономический рост, которого удаётся достичь. Инфляция напрямую влияет на благосостояние казахстанцев, и миссия по снижению и сдерживанию инфляции, наверное, одна из самых важных. ДА: У нас положительный баланс Нацфонда благодаря инвестиционному доходу. В этом месяце мы планируем куда меньше взять из Нацфонда для финансирования дефицита бюджета и это действительно прекрасно. НО: Нацфонд в валюте. Инвестиционный доход — в валюте. Каждый день валюта из Нацфонда меняется на тенге, чтобы покрыть дефицит бюджета, который продолжает расти, чтобы покрыть инфляцию и обеспечить приемлемый уровень жизни граждан. Получается мы обманываем сами себя? Опуская валюту, пусть даже прозрачно и рыночно, мы хвастаемся, что берем из Нацфонда меньше, закрывая глаза на то, что слабый тенге — одна из причин той самой высокой инфляции, с которой мы и боремся. Возможно, стоит задуматься о том, чтобы использовать точно такие же рыночные механизмы для её поддержки? Экспортеры квазигоссектора уже обязаны продавать валютную выручку — если это считать рыночным, то диапозон наших возможностей почти безграничный! Наши резервы бьют рекорды, и мы их откладываем на чёрный день — игнорируя серые дни, которые идут один за одним».
Евразия24 комментирует:
Как в той поговорке: «Не жили богато, нечего и начинать». Все правительственные меры по сдерживанию инфляции подстегивают ее еще больше. В начале августа на заседании правительства министр торговли и интеграции Арман Шаккалиев заявил: «Мы отказываемся от прямого регулирования цен на социально значимые товары и переходим к адресной социальной помощи. Исключается механизм введения пороговых и предельных цен на социально значимые товары в пользу усиления контроля за 15-процентной торговой надбавкой». Но так-то само по себе установление процентной торговой надбавки – есть некий порог, просто называется иначе. Допустим, эта мера важная и нужная. Но работает ли она как инструмент по сдерживанию цен? Data Hub пишет, что в августе цены на товары в категории «Мясо и птица» в среднем по РК выросли на 3,2% по сравнению с июлем, и это самые высокие темпы для любого месяца почти за 14 лет, с ноября 2011-го. Причем указано, что цены растут у источника ценообразования, то есть у производителей. Можно сколько угодно бить по рукам торговые сети и магазины за превышение порога маржи, но это не они источник продуктовой инфляции.
