Главное

Венгрия – это в каком-то смысле геополитический антипод Казахстана. Пока Астана демонстрирует высший пилотаж многовекторности, у Будапешта давно выработана стратегическая линия, которой он последовательно придерживается. Поэтому если Акорда в тех или иных вопросах импровизирует либо «отмораживается», у венгерского политического руководства всегда полно домашних заготовок на вопросы от «чей Крым?» до «чья Гренландия?».

Дорогой читатель! Как и любого из вас, меня часто охватывало желание узнать хоть что-нибудь приятное о прошлом казахского народа. Однако, после прочтения первых же страниц солидных исторических книг, мой энтузиазм быстро угасал, перегруженный занудным перечислением названий каких-то древних народов, чужих слуху имен, бесконечных войн, раздоров, несчастий, бедственных событий и ссылками на иностранные летописи для достоверности.

Русские устали сводить друг с другом кровавые счеты – XX век не прошел даром. А вот казахи перед искушением. Кантар 2022 года продемонстрировал это предельно отчетливо. Видят ли власти проблему во всем ее масштабе – не понятно.В Казахстане при оценке внутриполитических процессов принято брать какие-то российские примеры (потому что они лучше изучены) и преломлять их на местное поле, поделив на казахстанские параметры.Методика очень спорная сама по себе, стала совершенно неприемлемой на четвертом году СВО.

В 1991 году, в промежутке между ГКЧП и Беловежским соглашением, автору довелось побывать членом Совета национальностей Верховного Совета СССР, который тогда формировался из республиканских депутатов. Однажды к нам приехала делегация «бывших», там были бывшие премьер-министры Японии, Канады, кто-то еще, а возглавлял всех Збигнев Бжезинский. И вот он начал встречу со слов, что зря мы здесь сидим, что чем скорее разъедемся по своим независимым республикам, тем будет лучше.

В условиях дефицита квалифицированных кадров рабочих профессий и переизбытка офисных специалистов вопрос о состоянии и перспективах профессионально-технического образования в Казахстане, на наш взгляд,  является крайне актуальным. Поэтому мы публикуем полный текст выступления Едила Мамытбекова.

В Казахстане власть не знает технологий канализации общественного недовольства, кроме как в языковую и межэтническую плоскость. Раз в последние недели эта тема активизировалась, да ещё и с использованием вчерашних депутатов и чиновников, значит социально-экономическая ситуация в очередной раз серьёзно ухудшилась.

Надо признать, что после 30 лет независимости Казахстана наш народ продолжает прозябать в самом поверхностном знании своего глубокого исторического прошлого. Всё, чем нам приходится довольствоваться из казахстанских школьных учебников и академических трудов – это скудные сведения, которые нашим учёным было дозволено наскрести в чужих историографиях.

Идеологическая схватка неоимпериалистов Трампа (США) и либеральных глобалистов Сороса (Европа) на коллективном Западе расширила простор для маневра казахстанской дипломатии. Теперь, когда европейцы будут требовать государственных субсидий на смену пола, например, всегда можно сослаться на то, что боимся санкций от Вашингтона, у которого теперь только мужчины и женщины.

Новость о том, что в январе инвестиционный доход ЕНПФ оказался отрицательным -  -1,25%, тревожным гулом прокатилась по СМИ и отозвалась испуганным эхом в умах казахстанцев. Как-никак, а народ считает пенсионные накопления своими – даром, что ли, их отчисляют от любых официальных заработков, хотя и не спрашивая согласия работающих. А в наши тревожные времена люди даже текущие и, возможно, случайные неприятности с готовности переводят в постоянные и долговременные. Если 2025-й начался с плохого месяца, не получится ли весь год убыточным?

Доминирующее положение трудовых мигрантов из Центральной Азии на рынке «импортного труда» в России скоро может закончиться. С одной стороны, по специальному межправительственному соглашению привлекаются трудовые ресурсы из КНДР, а с другой пришел черед гастарбайтеров из Мьянмы.Любая проблема возникает вместе со способом её решения. Три года специальной военной операции в России показали, что с трудовыми мигрантами из СНГ проблем у российской стороны гораздо больше, чем хотелось бы. Если коротко, то это криминализация (особенно по части наркотиков) и бытовые конфликты.