Доминирующее положение трудовых мигрантов из Центральной Азии на рынке «импортного труда» в России скоро может закончиться. С одной стороны, по специальному межправительственному соглашению привлекаются трудовые ресурсы из КНДР, а с другой пришел черед гастарбайтеров из Мьянмы.
Любая проблема возникает вместе со способом её решения. Три года специальной военной операции в России показали, что с трудовыми мигрантами из СНГ проблем у российской стороны гораздо больше, чем хотелось бы. Если коротко, то это криминализация (особенно по части наркотиков) и бытовые конфликты.
Но если в первых двух случаях ничего нового не было, то в ходе войны в Восточной Европе выяснилось, что многочисленная диаспора выходцев из Центральной Азии способна поставлять экстремистов и террористов для ВСУ. Эти люди участвовали в терактах и заказных убийствах за весьма скромные суммы со стороны своих заказчиков. Попутно так или иначе разгоняя в обществе исламофобию.
Разумеется, большинство граждан из региона Центральной Азии, как получившие российское гражданство, так и остающиеся с паспортом страны происхождения, ведут законопослушный образ жизни. Но хорошее поведение обычно остаётся незамеченным, тогда как эксцессы из-за современных средств связи и масс-медиа очень быстро становятся достоянием широкой общественности.
Аналогичные процессы и с азербайджанской диаспорой в России. Как показывают последние события, если в стране происхождения практикуются русофобия и антисоветчина в учебниках, СМИ, культуре и исторической политике, то рано или поздно это отражается на трудовых мигрантах, которые вольно или невольно подвергаются воздействию такой социокультурной матрицы.
Чтобы сбавить градус напряжения и общественного недовольства, российские государственные органы занялись привлечением практикующих буддистов. Первой ласточкой стали трудовые кадры из Северной Кореи. В России их любят за законопослушность, дисциплинированность, бесконфликтность в быту, высокую квалификацию и готовность если не к ассимиляции, то к аккультурации в местах постоянного проживания.
В силу масштаба российского рынка труда возможности в поставках гастарбайтеров со стороны КНДР ограничены. Теперь пришла очередь трудовых мигрантов из Мьянмы. Россия и Мьянма подписали меморандум о взаимопонимании и провели в Нейпьидо (новая столица страны, в 320 км на север от Янгона – старой столицы) координационное совещание, посвященное отправке мьянманских работников в Россию.
Министр труда Чит Све призвал агентства подходить к трудоустройству работников за рубежом так, как если бы это были их собственные дети, предвидеть и решать потенциальные проблемы продуманно, а также действовать как добросовестные компании. На совещании помимо руководства профильного министерства присутствовали представители Мьянманской ассоциации агентств по трудоустройству за рубежом (MOEAA) и работники Академии ARA, проводящей курсы базового русского языка.
Чит Све подчеркнул, что мьянманским работникам должна гарантироваться юридическая защита, безопасность на рабочем месте и стабильная зарплата. Кроме того, трудовым мигрантам требуется обеспечить возможность систематически переводить на родину заработанные средства. По большому счёту, ничего сверхъестественного бирманская сторона не требует, а потому поле для взаимопонимания наряду со взаимным интересом однозначно есть.
Для трудовых мигрантов из Центральной Азии все происходящее на направлении мьянманских работников – это лишнее напоминание о том, что судьба ничего не даёт навечно. Гастрарбайтеры из региона долгое время пользовались приоритетом в России, поскольку владели русским языком, воспринимались как часть общего исторического и культурного массива.
Однако за прошедшие десятилетия постсоветские страны стали отличаться друг от друга гораздо сильнее, чем хотелось бы. В том числе в бытовых привычках, манерах поведения и структурах коммуникации. Теперь разница в восприятии дошла до такой степени, что с выходцами из региона стали конкурировать северные корейцы и мьянманцы.
Пока обладатели казахстанского паспорта имеют массу преимуществ перед трудовыми мигрантами из дальнего зарубежья в силу членства Республики Казахстан в ЕАЭС. Но если процессы расхождения и размежевания между постсоветскими государствами продолжатся в прежнем темпе, то все эти бонусы закончатся уже в обозримой перспективе.
