Агашка – это смесь высокого социального положения, неуважения к труду, некомпетентности в порученном ему деле и часто паразитического образа жизни. Была надежда, что агашки назарбаевского призыва вымрут как мамонты и освободят место новым управленцам Нового Казахстана. Однако, получилось так, что следующее поколение функционеров по сути осталось теми же агашками, только помоложе.
Агашки превосходно себя чувствуют на местах, где распределяют общественные ресурсы. Разумеется, преследуется при этом в первую очередь личный интерес. Их родная стихия – это монополизация на все и вся. Поэтому особо комфортно быть агашкой в провинции – там их полная стихия.
Вместе с тем, практика показывает, что и в столицах агашки вполне хорошо адаптировались, от всевозможных правительственных агентств и комитетов до синекур в квазигосударственном секторе. В отличие от назарбаевской эпохи, они стали меньше конфликтовать на сопредельных и межведомственных территориях. Каждый держит свою зону кормления и без острой необходимости не лезет в чужую вотчину.
Характерная черта агашек: даже если процедура выстроена под них и для них – все равно не могут что-нибудь сделать без нарушений. Как результат, любого можно закопать в его компромате по первой команде с политического Олимпа. Однако, и верховная власть, и сами агашки консенсусно стараются до этого не доводить, поскольку оружие обоюдоострое, да еще и массового поражения. Прецеденты здесь весьма опасны.
Год за годом агашки демонстрируют свое интеллектуальное бессилие. Будь это план по повышению доходов бюджета, поддержка реального сектора экономики или идеологическое обоснование того, что народу придется затянуть пояса – их игра на таком поле — сугубый ноль. Все делают молча и нахрапом, будь это «распил» средств Нацфонда или провал в системе образования.
Агашки не способны к системному решению практически никаких проблем. Например, инфраструктурные вопросы, запросто решавшиеся в тогда еще Алма-Ате 30-ых годов, в Алматы XXI века превратились в узел неразрешимых трудностей. Максимум, на что хватает инструментария агашек – это перекупка «народных трибунов» и «защитников», хвалебные посты в соцсетях, компромат против лидеров проблемных для агашек объединений, подлог в подконтрольных СМИ.
Агашка всегда изнурен бездельем до крайности, даже если на возглавляемом им посту нужно, не разгибаясь, пахать сутки напролет. Все свои силы он тратит только на то, чтобы бороться с реальными и потенциальными кандидатами на занимаемое место. Из-за этого много сил и ресурсов вкладывается в собственный PR.
Агашки и все, что они собой олицетворяют (кумовство, взяточничество, некомпетентность, коррупция, невежество) дискредитировано давно и в полной мере. Им не доверяют просто в силу того, что нет такого дела, которое они не могли бы завалить. Но подвинуть агашек от кормила власти – это титаническая работа. Ибо все они поражены «кратофилией» (неудержимой тягой к властвованию) в самых крайних формах.
Без нахождения во власти агашка мгновенно превращается в социальный мусор, потому что не приспособлен к жизни в обычной среде. Пока еще не было примеров, чтобы агашка мог вернуться во власть своими силами, то есть продемонстрировать свою успешность, нужность, организаторские способности и креатив на негосударственном поле.
Уже в эпоху экономического роста агашки представляли собой тяжелейшее бремя для страны в силу неуемных аппетитов казнокрадства и рейдерства в любых проявлениях. Сама экономика распределения сырьевых долларов во многом сформировалась и сложилась под их воздействием. Но сегодня, когда поток нефтедолларов сократился в разы, огромные массы людей оказываются вне линий жизни, а реальный сектор находится в ступоре, урон от агашек становится неприемлемым.
Судя по тому, что старые агашки сменились на собратьев помоложе, им удалось добиться изгнания из системы государственного управления неагашкинских элементов. То есть, бюрократический аппарат сложился таким образом, при котором антиагашки не получают возможности для карьерного роста или просто изгоняются со службы.
По идее, глубокий кризис должен выдвинуть на первые позиции квалифицированных управленцев. Но очень мало шансов, что это произойдет до полного исчерпания средств Нацфонда.
