Аналитики Европейского банка реконструкции и развития и Евразийского фонда стабилизации и развития сопоставили динамику региональных экономик в целом и Казахстана в частности с учетом геополитической нестабильности, конфликта на Ближнем Востоке и логистических шоков. И хотя оба института развития сходятся в оценке высокого потенциала ненефтяных отраслей Казахстана, во многих долгосрочных ориентирах по прогнозам очевидны различия.
Первое, что мы посчитали нужным сделать – разъяснить, что за такой Евразийский фонд стабилизации и развития (ЕФСР) и почему его исследования вполне можно учитывать, составляя макроэкономические прогнозы Казахстана в ближайшем будущем.
ЕФСР – это региональная финансовая структура объемом 8,5 млрд долларов, учрежденная в июне 2009 года правительствами Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, России и Таджикистана. Совет ЕФСР состоит из министров финансов государств-участников, а оперативное управление средствами фонда осуществляет Евразийский банк развития (ЕАБР).
Исследовательская команда ЕФСР регулярно публикует фундаментальные региональные обзоры, опираясь на массив данных национальных статистических ведомств, центральных банков и межстрановые таблицы. Аналитическими разработками ЕФСР активно пользуются международные организации и правительства государств-участников для оценки устойчивости долговой нагрузки и внешнеторговых шоков.
Ну, а Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) в дополнительных представлениях не нуждается.
«НЕОЖИДАННОЕ РАСХОЖДЕНИЕ»
И ЕБРР, и ЕФСР фиксируют в своих докладах замедление роста мировой экономики в 2026 году до уровня 3% или даже ниже. Главной причиной называют конфликт на Ближнем Востоке, повлекший энергетические и логистические сбои и спровоцировавший нестабильность цен на сырье.
В докладе ЕФСР фигурирует «неожиданное расхождение». Это необычное явление связано с существенным замедлением роста экономики России до 0,6% в 2026 году, тогда как остальные страны Евразийского региона сохранили рост на 4,8% благодаря внутреннему спросу, инвестициям и фискальному стимулированию.
ЕБРР подчеркивает устойчивость стран Центральной Азии перед внешними шоками. Так, в первом полугодии 2026-го Кыргызстан показал рост на 11,9%, Таджикистан – на 8,2%, Узбекистан – на 8,5%.
Очень интересны динамика и прогнозы по товарно-сырьевым рынкам от ЕФСР. Аналитики считают, что в 2027 году произойдет переход нефтяного рынка от дефицита к профициту с падением цены Brent ниже 76 долларов за баррель.
ВВП КАЗАХСТАНА ГЛАЗАМИ АНАЛИТИКОВ
Что касается текущей ситуации в казахстанской экономике, то эксперты ЕБРР и ЕФСР единодушны – причинами временного замедления в первом полугодии 2026-го стали сокращение добычи нефти и газа на 8,9% в январе-июле из-за аварийной остановки на Тенгизе в начале года и перебои на маршруте Каспийского трубопроводного консорциума (КТК). В результате целевой годовой показатель нефтедобычи в Казахстане был снижен с 98 млн до 96 млн тонн.
Но есть свои драйверы в ненефтяном секторе. В частности, промышленность хорошо адаптировалась под экономическую ситуацию, показав, по данным ЕБРР, рост на 9% за счет машиностроения, ремонта оборудования, пищепрома и химии. Строительство выросло на 15,3%.
ЕФСР оценил рост ВВП РК за первое полугодие в 4,1%, отметив ускорение во II квартале до 5% после восстановления нефтедобычи на Тенгизе.
Сопоставив базовые прогнозы ВВП Казахстана от двух этих институтов развития и сравнив их с ожиданиями правительства, получаем довольно любопытные результаты:
- ЕБРР (отчет за 24 сентября 2026): оценка 2026 – 4,7%, прогноз 2027 – 4,5%;
- ЕФСР (отчет за 6 октября 2026): оценка 2026 – 5%, прогноз 2027 – 5%
- Правительство Казахстана (август 2026): оценка 2026 – 5,0-5,4%, прогноз 2027 – 5,3%.
Что это означает? Аналитики ЕБРР закладывают более консервативный тренд на 2026-2027 годы, очевидно, из-за рисков возможных перебоев экспортных маршрутов нефти. А вот ЕФСР повысил свой прогноз на 2027 год до 5%, объясняя это реализацией крупных инфраструктурных проектов и целевыми трансфертами.
Что касается внутренних прогнозов самого Казахстана, то 25 августа на заседании правительства зампремьер-министра – министр национальной экономики Серик Жумангарин заявил: «В соответствии с базовым сценарием среднегодовой реальный рост ВВП в 2027-2029 годах прогнозируется на уровне выше 5%, в 2027 году – 5,3%, в 2028 году – 5,5%, в 2029 году – 5,4%».
Таким образом, оценка ЕФСР (подведомственной структуры Евразийского банка развития, созданного по инициативе России и Казахстана в 2006 году) на 2026 год ближе к официальному ориентиру кабмина. А вот прогноз ЕБРР (независимого от казахстанского правительства института развития) отличается умеренностью и сдержанностью. Что в целом, на наш взгляд, можно считать некоторым противоречием с целевыми параметрами Миннацэкономики Казахстана.
ИНФЛЯЦИОННЫЙ ТРЕК И НАЦФОНД
ЕБРР отмечает замедление инфляции с пика в 12,9% в сентябре 2025 года до 9,8% в августе 2026 года. Как мы помним, на этом фоне Нацбанк снизил базовую ставку до 16,25%.
ЕФСР дает детальный расклад, что дезинфляция позволила снизить годовой рост цен до 9,5% к концу 2026 года. А в следующие годы инфляция в Казахстане, по мнению экспертов фонда, составит 8,8% в 2027 году, 7,8% в 2028-м и 6,8% в 2029-м. ЕФСР также прогнозирует изменение среднегодовой базовой ставки до 14,8% в 2027 году, до 12,8% в 2028-м и 10,8% в 2029-м.
Бюджетные качели Казахстана глазами экспертов также выглядят любопытно. ЕБРР указывает на дефицит госбюджета за 7 месяцев 2026 года в размере 3 трлн тенге или около 2% ВВП при росте доходов на 16,5% и расходов на 13,1%. ЕФСР оценивает дефицит бюджета уже на весь 2026-й, обозначив 2,7% ВВП с ростом дефицита в 2027-м из-за реализации крупных инфраструктурных программ.
Важным фактором стимулирования ЕФСР называет целевой трансферт в размере 1,5 трлн тенге через Фонд инфраструктурного развития и финансирование по линии холдинга «Байтерек» на сумму 6,9 трлн тенге за 8 месяцев 2026 года.
При этом внешние активы Нацфонда за II квартал выросли на 3,1 млрд долларов, достигнув 65,5 млрд долларов.
РИСКИ И ВНЕШНИЕ ШОКИ
Неудивительно, что и ЕБРР, и ЕФСР едины во мнении о том, что экспортная логистика и нефть остаются для Казахстана главным риском макроэкономической нестабильности.
И хотя масштабные бюджетные траты на капитальные проекты выравнивают дисбаланс, они несут проинфляционные риски и риск расширения дефицита текущего счета из-за импорта оборудования.
В специальном разделе по влиянию Китая и России на Казахстан эксперты ЕФСР проанализировали нашу зависимость от спроса со стороны главных казахстанских торговых партнеров за 2014-2024 годы. Эффект гипотетического снижения конечного спроса в Китае на 10% для экономики Казахстана вырос за 10 лет примерно в 1,6 раза. То есть если в Китае падают закупки, то и Казахстан теряет на грузоперевозках, поставках металлопродукции и другого сырья. А вот зависимость от спроса со стороны России, наоборот, снизилась. При этом сама торговля с Россией устроена по-другому – оттуда идут заказы не столько на сырье, сколько преимущественно на готовую продукцию в виде продуктов питания, автопрома и товаров обрабатывающей промышленности.
Таким образом, если подвести итоги, временный провал начала 2026-го Казахстан преодолел. На улучшение показателей повлияли как полноценное восстановление добычи на Тенгизе, так и растущие строительство, машиностроение и торговля. Может быть, к концу 2026 года экономика выйдет на 5% роста ВВП.
Но вместе с тем, нужно отметить, внутренний инвестиционный спрос по-прежнему поддерживается квазигосинститутами — «Байтереком», «Самрук-Казыной», Фондом инфраструктурного развития. Правительству придется ювелирно маневрировать между стимулированием инфраструктурного развития и борьбой с инфляцией – ведь одно порождает другое.
Но что важно – ни ЕБРР, ни ЕФСР не призывают сворачивать начатые дорогостоящие проекты ни под каким предлогом. Эксперты, вероятно, понимают, что триллионные инвестиции в энергетику и сектор ЖКХ неизбежны из государственного кармана либо под госгарантии, так как для частных инвесторов такие капиталовложения остаются непосильными.
