Российское политическое руководство довольно долго находилось в парадигме «Трамп наш». В Москве полагали, что с 47-ым президентом США можно предметно договориться по ключевым и принципиальным вопросам. После того, как на практике убедились в ошибочности такого подхода, курс Кремля вернулся в траекторию 2024 года. Для Казахстана российский опыт полезен тем, что Астане уже не надо проходить данный маршрут и тратить драгоценное время – картина стала понятна.
Наиболее наглядно отрезвление от подхода «Трамп наш» видно в свете российских ракетно-дроновых ударов по Одессе. С одной стороны, это ответ на атаки танкеров «теневого флота» России в Черном и Средиземном морях, а с другой — действия по переформатированию украинского общественного мнения от поддержки войны в пользу мира.
Технически к масштабным ударам по Одессе Кремль был готов еще осенью 2024 года. Однако, когда увидели, что Дональд Трамп побеждает на президентских выборах, то от программы тяжелых ударов отказались. В Москве купились на предвыборную риторику нового-старого хозяина Овального кабинета. Из нее выходило, что Украина президенту Трампу не нужна, а значит замаячила надежда решить проблему Незалежной малой кровью.
Потом реализовалась стандартная схема, согласно которой поведение политика до получения власти может очень сильно отличаться после получения властных полномочий. И есть еще один момент. Владимир Зеленский, будучи марионеткой внешних сил, из-за американо-европейских противоречий получил субъектность и стал ее использовать по полной программе.
В стандартной ситуации хозяин Киева против американского президента вообще никто, но в условиях войны коллективного Запада с Россией у лидера Украины появилось пространство для маневра и он его активно использует.
Кремлевские люди после Анкориджа терпеливо ждали, когда Дональд Трамп выполнит свою часть договоренностей. Но 47-ой президент США оказался не в силах такого сделать. По большому счету, Трамп разочаровал даже «ядерный электорат» МАГА (сделаем Америку снова великой), поэтому ожидать от него надежности и последовательности на российском переговорном треке было как минимум наивно.
Удары по Одессе и мостам в Румынию – это наглядная часть перехода к установке «Трамп не наш». Население города лишают электричества и тепла в зимний период, а Украину возможности пользоваться морскими перевозками, поставок ГСМ и продовольствия. Когда в свободном доступе нет дизеля, например, то и работающие на солярке генераторы становятся бесполезными.
Если удары по дунайским портам – традиционная цель для российских военных, то блэкаут в Ровно (после ракетно-дроновой атаки) и «вынос» объектов энергетики в Киеве — уже что-то новое. Жителям столицы Незалежной тоже рисуются перспективы продолжения войны в тех же красках, что и одесситам.
Если кратко, то в Кремле осознали невозможность договориться с Трампом по миру на Украине и решают проблему через военный разгром Киева. Удары по глубокому украинскому тылу – это часть общей линии по лишению Незалежной способности к сопротивлению.
Если посмотреть на другие участки карты мира, то Москва вернулась к тесному сотрудничеству с Ираном после довольно долгого «анкориджского дистанцирования». Россия оказывает как минимум дипломатическую поддержку Венесуэле, а связка с Китаем становится все крепче.
Кремль дал шанс своим трампистским иллюзиям, потерял на них год, разочаровался и возвращается в реальную картину мира. Потеряно много времени, но ошибка, которую можно исправить – это не совсем ошибка. Для Казахстана на американском направлении важно осознавать реалии заблаговременно, дабы не тратить время – стратегический ресурс.
