13 января на заседании правительства министр водных ресурсов и ирригации Нуржан Нуржигитов заявил о перевыполнении плана на 2025 год по строительству и реконструкции объектов водоснабжения. Новость эта очень порадовала, учитывая, что по данным Министерства промышленности и строительства уровень охвата водоснабжением в Казахстане все еще не 100% — 99,3% в городах и 97,5% в селах. Пробуем выяснить в деталях, что именно и где построили на бюджетные деньги.
СТРОИЛИ, СТРОИЛИ И НАКОНЕЦ ПОСТРОИЛИ
«В 2025 году Министерством (водных ресурсов и ирригации – Ред.) реализовывались 30 проектов по строительству и реконструкции объектов водоснабжения в 9 регионах республики. Ведомству удалось достичь и перевыполнить установленные целевые индикаторы. По итогам года завершены 15 проектов, по двум из которых проводятся пуско-наладочные работы, при плановом показателе в 9 проектов. В результате построено 1599 км сетей водоснабжения и 8 площадок водопроводных сооружений, обеспечена подача и улучшение водоснабжения 277 населенных пунктов, в которых проживают 514 тыс. человек. Из них 73 населенных пункта с общим населением в 115,5 тыс. человек впервые получили доступ к централизованному водоснабжению», — заявил в своем докладе министр Нуржигитов 13 января.
По его словам, в 2026 году в планах завершить и ввести в эксплуатацию 12 проектов, что позволит обеспечить качественной питьевой водой 142 сельских населенных пункта или порядка 540 тысяч человек. Кроме того, разрабатывается проектно-сметная документация по 5 проектам в трех областях страны, в рамках которых предусматривается строительство головных сооружений крупных групповых водопроводов.
Было бы значительно проще анализировать министерскую информацию, если бы сухие цифры сопровождались пояснениями непосредственно по самим проектам, которые стараниями министерства и акиматов удалось завершить в 2025 году.
Но единого такого полного перечня в открытом доступе мы, увы, не нашли. Есть в течение года упоминания об отдельных работах на разных информационных ресурсах, которые в целом дают представление о том, что Минводы проводит воду в населенные пункты не на бумаге, а в реальной жизни.
«В Акмолинской области строится групповой водопровод в селах Красная Поляна, Петриковка и Арбузинка. В Кызылординской области проходит реконструкция Байкожинского группового водопровода. Также реализуется проект строительства водопроводной сети Коссаман-Акбасты, которая будет подключена к Арал-Сарыбұлақ групповому водопроводу, а также подключение села Акбасты к централизованной системе водоснабжения. В районе Жанакорган ведутся работы по бурению дополнительных скважин для увеличения мощности Талапского группового водопровода. В Северо-Казахстанской области проходят реконструкцию групповые водопроводы Булаев и Есиль. В Улытауской области завершается строительство группового водопровода Есқұла, который обеспечит качественным питьевым водоснабжением город Сатпаев и все ближайшие населенные пункты. Ранее сообщалось, что министерство водных ресурсов и ирригации планирует построить в Кызылординской области новое водохранилище и каналы. Также будет проведена реконструкция двух гидроузлов и четырех гидротехнических сооружений», — в феврале 2025-го сообщали наши коллеги из «Капитала».
Очень вероятно, что эти детали появились после состоявшегося 13 февраля 2025 года заседания правительства с участием Нуржана Нуржигитова, где обсуждалась готовность Казахстана к весенним паводкам.
Но между этими совещаниями в феврале 2025-го и в январе 2026-го прошли 11 месяцев, и за этот период проблему водообеспечения и рационального водопотребления в кабинете у премьер-министра Олжаса Бектенова обсуждали не раз.
КОЛЛЕКТИВНАЯ РАБОТА
Вот, например, были опубликованы информационно-справочные материалы к заседанию правительства, прошедшему 1 июля 2025 года с исчерпывающим перечнем запланированных и проведенных работ по развитию систем водообеспечения и водоотведения, внедрению водосберегающих и цифровых технологий.
И по линии Министерства водных ресурсов и ирригации в этом отчете сказано, что ведомство «в 2025 году реализует 31 проект по строительству и реконструкции объектов группового водоснабжения в 10 областях: Акмолинской, Атырауской, Алматинской, Карагандинской, Кызылординской, Мангистауской, Туркестанской, Западно-Казахстанской, Северо-Казахстанской и регионе Ұлытау».
Нам показалось странным, конечно, что куда-то из планов испарился 1 проект и 1 какой-то регион, но в целом цифры вполне бьются. Кроме денег. У Минводы в 2025 году на реализацию планов было выделено 100,9 млрд тенге (38,2 млрд – из Нацфонда, 59,3 млрд – из Спецгосфонда и 3,4 млрд – из республиканского бюджета). В то же самое время по линии Минпромстроя из республиканского бюджета и спецгосфонда были выделены 188 млрд тенге на реализацию 445 проектов.
Это может объясняться лишь тем, что у двух министерств разные транши на разные цели.
«В рамках выделенного финансирования также приняты меры, направленные на повышение качества предоставляемых услуг водоснабжения. Были проведены работы по реконструкции и расширению существующих сетей протяженностью более 8,5 тыс. км. Решены вопросы качества и дефицита питьевой воды в ряде крупных городов путем строительства и модернизации водоочистных сооружений. К примеру, это строительство насосно-фильтровальной станции и реконструкция магистрального водовода в Астане, завершение реконструкции фильтровальной станции в Атырау, а также завершение модернизации водоочистных сооружений в Костанае и Кокшетау», — это про работы, проводимые Министерством промышленности.
Признаться, несмотря на открытость правительства в реализации инфраструктурных проектов на бюджетные деньги, ведомственная разрозненность запутывает. Нет какого-то одного документа, где было написано в разрезе регионов – какие проблемы по водообеспечению они испытывают, какие конкретно работы необходимо провести в краткосрочном периоде, какие – в будущем, сколько это стоит, включая строительство и ремонт водопроводов, групповых водоводов и крупных водохранилищ, также являющихся частью питьевой инфраструктуры.
Заметим, что, заявив о перевыполнении плана работ по строительству и реконструкции объектов водоснабжения, министр водных ресурсов и ирригации вообще не упомянул водохранилища. Либо они входят в 15 еще незавершенных министерством проектов, но это вообще непонятно.
ВОДОЕМЫ – ИСТОЧНИКИ ПРЕСНОЙ ВОДЫ
Почему это важно? Хотя Минводы и акцентирует внимание на переходе страны на подземные источники воды для питьевых нужд, водохранилища во многих регионах все еще используются для потребления в быту. Кроме того, в отдаленных населенных пунктах именно водохранилища своей многофункциональностью способны решать сразу несколько базовых задач – от водообеспечения населения и орошения сельхозполей до защиты от паводков.
Скорее всего, Минводы не держит в одной корзине проекты по строительству и реконструкции объектов водоснабжения и водохранилищ. Но и те, и другие без госфинансирования вряд ли реализуемы.
Когда в октябре 2025 года Нуржан Нуржигитов встречался с жителями области Жетысу, он заявил, что «Комплексный план развития водной отрасли до 2028 года предусматривает строительство 8 новых водохранилищ в Аксуском, Коксуском, Панфиловском, Сарканском, Алакольском районах и городе Талдыкоргане.
«Объекты планируется построить на реках Биен, Биже, Хоргос, Усек, Тышкан, Балыкты, Жаманты и Баскан. Кроме того, планируется реконструкция трех водохранилищ и 2930 км каналов, а также автоматизация 236,8 км каналов. На 17-ти гидротехнических сооружениях будут проведены многофакторные обследования».
В ноябре публиковали аналогичную информацию о планах Минводы в Жамбылской области – строительстве 10 новых и реконструкции 3 действующих водохранилищ, а также многофакторных обследований 45 гидротехнических сооружений.
Начаты эти работы, вошли ли они в отчет о перевыполнении плана 2025 года, — непонятно.
То есть, мы в итоге имеем большой массив разрозненных данных о проводимых работах под руководством и при контроле Минводы и Минпромстроя. Общий вывод из них сделать очень сложно, хотя очевидно, что в целом создание отдельных министерств водных ресурсов и строительства в сентябре 2023 года значительно улучшило как понимание текущих проблем, так и перспективы их решения. Правда, кто в стране главный поилец – все равно загадка.
