После официального подтверждения арестов председателя правления ФНБ «Самрук-Казына» и председателя правления «Казахстан Темир Жолы», политическая элита Казахстана не может делать вид что ничего не произошло. На протяжении последних четырех лет пропаганда старательно проводила знак равенства между коррупцией и «Старым Казахстаном». Однако оказалось, что «новая элита» — точно такое же коррумпированное ворье.
Задержание руководителей двух крупнейших звеньев государственного корпоративного сектора Казахстана постепенно превращается из уголовного дела в политический кризис управленческого доверия. И в случае с председателем правления ФНБ, и в случае с председателем правления КТЖ главное то, что они – политические назначенцы уже «Нового Казахстана». Решение об их назначении и отставке с данных постов мог утвердить только президент Токаев.
Политический масштаб этих арестов определяют три обстоятельства:
- стратегическое значение активов Фонда «Самрук-Казына» для страны в целом,
- публичная реакция президента,
- кадровые последствия для руководства органов безопасности.
Катастрофические репутационные и инвестиционные издержки для Казахстана еще только предстоит оценить. В мире бизнеса «репутация = биржевая капитализация». Поскольку то же АО КТЖ готовилось к международному размещению акций, то теперь расследование повышает требования инвесторов к транспарентности компании, качеству корпоративного управления и предсказуемости решений.
Последовавшие заявления президента и правительства о непрерывности работы фонда и нацкомпании, а также полном выполнении обязательств перед кредиторами направлены именно на отделение уголовного расследования от сомнений в устойчивости государственных активов.
Но самый яркий маркер кризиса – сразу после арестов президент освободил от должности председателя КНБ Ермека Сагимбаева, вместо того, чтобы поощрить за бдительность и оперативность в борьбе с коррупцией. Министр МВД Саденов отделался легким испугом – вынесением служебного взыскания. Но в целом главой государства было заявлено о необходимости глубокой реформы силовых структур. Что несколько странно – ведь исходя из логики происходящего, реформировать надо Фонд национального благосостояния.
Для силового блока дело имеет двойственный характер. С одной стороны, именно антикоррупционная служба КНБ продемонстрировала способность вести расследование в отношении руководителей исключительного экономического веса и влияния. С другой – последовавшая смена председателя КНБ ставит вопрос: его наказали за то, что не посадил коррупционеров раньше? Или наказали за то, что влез не на свой уровень принятия решений? Или наказали за то, что устроил шоу из задержания, с полетом долларов над Астаной?
Абсолютный политический выигрыш от ситуации получили все критики ФНБ «Самрук-Казына»: силовики подтвердили все то, о чем десятилетиями говорят экономические аналитики. ФНБ и нацкомпании превратились в синекуру для родственников высокопоставленных чиновников, где можно ничего не делать годами и безбедно жить, перераспределяя формально государственные финансовые потоки в пользу аффилированных коммерческих проектов, записанных на друзей, родственников и любовниц. Про прямую коррупционную ренту можно даже и не упоминать.
Реформа, как минимум – глубокий аудит, а по его итогам, возможно, и упразднение Фонда национального благосостояния, с передачей нацкомпаний в ведение профильных министерств, давно назрела. Вопрос в том, хватит ли на это политической воли?

