В Казахстане медикаменты, выясняется, дорожают значительно быстрее общей инфляции, но Минздрав утверждает, что цены на каждый 4-й препарат снизились. Это противоречие возникло после пресс-конференции по итогам заседания правительства 3 ноября по лекарственному обеспечению населения. Впрочем, обсуждали чиновники не только цены. Они отчитались о многомиллиардной экономии на госзакупках, анонсировали новые фармпроизводства, расширение бесплатного лекарственного обеспечения и усиление цифрового контроля. Без всяких условностей, все перечисленное – важно, но ощутят ли на себе казахстанцы эту заботу? Попробуем разобраться.
На пресс-конференции журналисты привели данные о подорожании лекарств на 21,6% за год, сославшись на Бюро национальной статистики. Общая инфляция при этом составляет 9,8%. В диалоге с главой Минздрава Акмарал Альназаровой СМИ привели в качестве примера отдельные «народные» препараты, которые прибавили в цене больше остальных. В частности, парацетамол подорожал на 50%, «Но-шпа» — на 57%, аспирин – почти на 65%. Эти показатели, относящиеся к августовской статистике, впервые были опубликованы еще в сентябре.
Но непосредственно на самом заседании правительства министр здравоохранения сообщила совсем другие новости.
«В Казахстане зафиксировано снижение цен на 799 из более 3 тыс. наименований лекарственных препаратов, что составляет 26% от их общего количества. Таким образом, цены снизились более чем на каждый четвертый препарат», — сказано в публикации на телеграм-канале кабмина.
А сама Акмарал Альназарова подчеркнула, что главная задача Минздрава – «сделать качественные и безопасные лекарства доступнее для каждого казахстанца». Люди должны иметь возможность приобретать необходимые препараты по приемлемым ценам. И мы с этим безоговорочно согласны.
Более того, как заявила министр, после отмены государственного ценового регулирования 90% препаратов, выведенных из-под него, подешевели. Речь идет обо всех лекарствах без рецептов и рецептурных препаратах стоимостью ниже 1 МРП.
Получается какой-то абсурд – статистика фиксирует подорожание, а профильное министерство – стабильность или снижение цен.
После заседания правительства журналисты попросили Альназарову объяснить эти расхождения. Глава Минздрава сослалась на различия в методиках подсчета. По ее словам, БНС использует выборочное наблюдение за ценами, тогда как Минздрав располагает системой цифровой маркировки, позволяющей отслеживать стоимость препаратов в разных регионах и у различных участников рынка.
«У нас две как бы разные методики, но мы должны в целом доводить информацию до населения из одного источника, объективную», — пояснила министр, отметив также, что после нескольких совещаний ведомства договорились предоставить БНС доступ к системе маркировки, чтобы формировать статистику на основе цифровых данных.
Это все замечательно, но между показателями Минздрава и БНС есть принципиальная разница. Статистика мониторит изменение потребительских цен, тогда как Минздрав – количество наименований, стоимость которых снизилась. Исходя из этой логики, даже если подешевели 799 препаратов, это не означает, что средние расходы населения на лекарства уменьшились. Все ведь зависит от того, какие именно медикаменты подешевели, насколько и как часто их покупают.
Кроме того, на наш субъективный взгляд, цифровая маркировка сама по себе не гарантирует более точной оценки инфляции. Она, конечно, дает больше информации о движении и стоимости лекарств, но для расчета потребительской инфляции важно учитывать структуру покупок населения, объемы продаж и сопоставимость препаратов. Было бы неплохо, если объединение информационных систем повысит достоверность статистики, а не устранит неудобное расхождение между ведомственными отчетами.
В конечном счете, населению не столь важно, каким способом государство подсчитало стоимость парацетамола, сколько итоговая сумма, которую придется оставить за него в аптеке.
БЕСПЛАТНЫЕ ЛЕКАРСТВА: ПЕРЕЧЕНЬ ПЕРЕСМОТРЯТ
Обеспечение бесплатными медикаментами хронических пациентов – долгая больная в Казахстане тема. Было бы не так – премьер-министр не стал бы отчитывать Минздрав о возникающих проблемах.
«Каждый пациент должен знать, какие препараты предоставляются бесплатно, где и когда их получить, куда обратиться при возникновении затруднений. Также при замене привычного лекарства на препарат другого производителя необходимо доступно разъяснять причины замены и порядок применения. Особенно это важно для родителей тех детей, которые нуждаются в длительном или постоянном лечении. Недостаток информации и административные процедуры не должны становиться проблемой для пациента с серьезными заболеваниями. Это основное правило для Министерства здравоохранения», — заявил на заседании правительства Олжас Бектенов.
Акмарал Альназарова заверила о планах включить в перечень амбулаторного лекарственного обеспечения 22 новых препарата для лечения 14 заболеваний. Одновременно из действующего перечня исключены 52 препарата по 26 заболеваниям. В ведомстве это объяснили низким спросом и недостаточной эффективностью отдельных лекарств. Правда, весь этот список отдельно пока не опубликован. Но ознакомиться с полным перечнем, утвержденным на 2027-й год еще в мае 2026-го, можно здесь.
Большой прогресс у государства с цифровизацией выдачи бесплатных лекарств. По данным Минздрава, доля обеспечения препаратами по электронным рецептам через систему «Социальный кошелек» достигла 82%. Проверить эти цифры мы не можем, но нет оснований не доверять этой статистике. Зато есть повод порадоваться за прозрачность в этой чувствительной сфере. Буквально в сентябре мы писали, что аптеки и поликлиники уличили в сбыте бесплатных лекарств и оштрафовали на внушительные суммы.
А 30 октября Минздрав сообщил, что в Алматы Комитет фармации вместе с прокуратурой проверяет факты продажи бесплатных препаратов в розничной сети.
«…необходимо заблаговременно выявлять дефицит лекарств, оперативно перераспределять препараты между медицинскими организациями и не допускать перебоев в лечении. Недопустимо, чтобы при наличии закупленных лекарственных средств пациенты не получали их вовремя либо покупали бы их за собственный счет», — подчеркнул премьер-министр на заседании правительства.
Требования, предъявленные главой кабмина Минздраву, затрагивают интересы миллионов казахстанцев. По официальным данным, с 2019 по 2025 год количество пациентов, получающих бесплатные лекарства, увеличилось с 2,5 до 3,4 млн человек, а ежегодное финансирование выросло с 83 до 272,9 млрд тенге.
ОТ УПАКОВКИ К ПОЛНОЦЕННОМУ ПРОИЗВОДСТВУ
Развитие собственной фармпромышленности стало еще одной темой обсуждения на заседании в правительстве. По данным Минздрава, по итогам 2025 года объем производства казахстанских лекарств увеличился на 37%. За 8 месяцев 2026-го произведено фармпродукции на 157 млрд тенге, что почти на 30% больше, чем в 2025 году. Инвестиции в отрасль за последние два года выросли в 3,3 раза, а экспорт – в 1,9 раза.
У Казахстана есть свои покупатели – Россия, Кыргызстан, Узбекистан, Монголия и Молдова. Одним из примеров выхода на новые рынки стала поставка в Болгарию первой партии произведенного в Шымкенте ситаглиптина – препарата для лечения сахарного диабета.
Ассортимент собственного производства в ближайшее время Казахстан планирует только расширять. Минздрав заключил соглашения по 8 инвестпроектам общей стоимостью 862 млн долларов.
Олжас Бектенов обратил внимание на принципиальное обстоятельство – развитие фармпромышленности не должно ограничиваться фасовкой и упаковкой импортной продукции.
«Отказ от простой фасовки и упаковки и переход к полному циклу производства лекарственных препаратов и медицинских изделий должен стать стратегической задачей», — заявил премьер-министр и потребовал перейти от подписания инвестсоглашений к практической реализации проектов, строительству новых и расширению действующих производств.
Беспокойство руководства правительства объяснимо – чем больше медикаментов Казахстан будет производить своими силами, тем меньше страна будет зависеть от зарубежных поставщиков. Снизятся риски перебоев в поставках – станет устойчивее снабжение внутреннего рынка. Но речь идет о будущем, а пока…
В борьбе с лекарственной инфляцией, по внутренним ощущениям, пока побеждает инфляция. Мы думаем, вместо того чтобы выяснять, какая из двух государственных методик мониторинга цен лучше, стоило бы для начала подсчитать, во сколько сегодня обходится лечение одного условного хронического больного и как меняется эта сумма из года в год. Если обязательный набор препаратов систематически дорожает, независимо от того, кто за него платит (государство или сам пациент) значит, борьба с ценами пока пробуксовывает.
Можно ведь бесконечно совещаться, совершенствовать методики, наращивать производство, экономить миллиарды на закупках и отчитываться о цифровизации, так и не приблизившись к главной цели. Настоящая доступность лечения измеряется не количеством лекарств на рынке и не успехами ведомственной отчетности, а возможностью каждого казахстанца получить необходимую терапию вовремя и по приемлемой цене.
