Спустя более чем 30 лет после запуска амбициозной президентской стипендии «Болашак» Казахстан столкнулся с тем, что миллиарды, направленные на создание интеллектуальной элиты, буквально утекают сквозь пальцы за пределы страны. Свежее заявление члена Высшей аудиторской палаты (ВАП) Тлегена Каскина – тому яркое подтверждение. Почему программа, предназначенная стать социальным лифтом и драйвером экономики, превратилась в источник коррупционных скандалов, а ее выпускники все чаще становятся фигурантами уголовных дел или «невозвращенцами»? Разбираем историю деградации главной образовательной франшизы страны.
РЕВИЗИЯ ИЛЛЮЗИЙ
«Программа «Болашак» администрируется с существенными рисками. 340 претендентам на Т7,7 млрд присуждена стипендия в индивидуальном порядке по решению министерства при несоответствии общим критериям отбора. 151 стипендия присуждена сверх утвержденного лимита», – следует из доклада члена ВАП Тлегена Каскина на правительственном часе в мажилисе 27 апреля.
В то время, как президент недвусмысленно дал понять, что цифровизация и развитие ИИ в стране стали приоритетом, из 54 запланированных стипендий по ИИ присудили только 5, а остальные раздали на другие направления.
«За последние пять лет расходы на систему высшего образования выросли с Т246 млрд до Т472 млрд. Контингент студентов достиг 625 тыс. человек, объем государственного образовательного заказа – более 77 тыс. грантов. При этом проведенный государственный аудит показал: при двукратном росте финансирования система высшего образования не обеспечивает сопоставимого роста качества, прозрачности и результативности», — добавил представитель ВАП.
В целом госаудит выявил ряд системных проблем в высшем образовании страны:
- развивается без устойчивой и последовательной стратегической логики;
- государственный контроль и цифровое управление выстроены слабо;
- государственный заказ недостаточно связан с реальным спросом экономики;
- в администрировании госзаказа сохраняются нормативные и учетные проблемы;
- чувствительная зона риска связана с отчислениями и обязательной отработкой.
Вывод ВАП говорит сам за себя – система высшего образования сегодня в большей степени финансирует процесс, чем конечный результат.
30 ЛЕТ СКАНДАЛОВ: ОТ «ЛИПОВЫХ» СПИСКОВ ДО «БАРАНОВ»
Программа «Болашак» была учреждена в 1993 году. За 33 года существования ее окончили почти 13 тысяч казахстанцев. Казалось бы, чем не блестящий результат, которым следовало бы гордиться? Это было бы возможным, если закрыть глаза на все «темные» истории вокруг «Болашака».
Еще в 2009 году экс-глава Центра международных программ (ЦМП, оператор стипендии «Болашак» — Ред.) Альжан Бралиев обвинялся в незаконном включении в списки 40 «липовых» стипендиатов, что нанесло ущерб государству в 134 млн тенге.
В 2017 году достоянием общественности стала видеозапись, на которой тогдашний руководитель ЦМП Жанболат Мелдешов, предположительно, называл стипендиатов «баранами». Это вскрыло глубокий внутренний конфликт: сотрудники жаловались на кумовство и выдавливание «неугодных».
Аудиторы фиксировали случаи размещения целевых госсредств на депозитах банков с отозванными лицензиями.
Проблема «невозвращенцев», перед которыми всегда были обязательства отработать в Казахстане не менее 5 лет после завершения зарубежного обучения, также стоит остро, причем давно.
Сенатор Андрей Лукин в 2023 году заявил о тысяче фактов нарушения обязательств по отработке. Около 270 выпускников открыто остались за рубежом, превратив проект в инструмент эмиграции. Он обратил внимание правительства на ситуацию с возвратом около 6,6 млрд тенге на тот момент, потраченных на стипендиатов, не исполнивших обязательства перед государством.
«Вышеуказанные факты свидетельствуют о нецелевых направлениях обучения. Полученная специальность не используется, проект в отдельных случаях стал инструментом эмиграции, остаются за рубежом 270 выпускников, а также проект превратился в учебный туризм. Фактически Центр (ЦМП, — Ред.) показывает низкую организацию подготовки специалистов за рубежом в соответствии с реальными потребностями рынка труда. Причинами такого положения дел являются отсутствие стратегических и программных документов, ненадлежащая координация со стороны профильного министерства».
Более ранний кейс Ержана Еликова, который «затерялся» в США в 2016 году, потратив 24 млн бюджетных тенге, стал символом безответственности: вместо положенной работы на родине – провокационные посты в соцсетях и «прощание навсегда».
ЛИЦА «БОЛАШАКА»: ОТ АВАНГАРДА НАЦИИ ДО СКАМЬИ ПОДСУДИМЫХ
Эффективность программы лучше всего видна по ее воспитанникам, если так можно выразиться. Список выпускников – как галерея или блестящих карьер, или громких падений.
Из оправдавших надежды налогоплательщиков можем выделить, например, председателя Нацбанка Тимура Сулейменова. Один из эталонных политических служащих, не замаравшийся ни в каких скандалах за всю карьеру и успешно руководящий монетарным регулятором страны.
Глава «Казахтелекома», экс-министр цифрового развития Багдат Мусин, на чьи годы пришелся самый бурный период цифровизации страны, продолжает заниматься тем, в чем спец.
И вот явная противоположность – самый яркий антипример – первый министр-болашаковец Куандык Бишимбаев. Не нуждается в представлении, кроме того, что, окончив в 2001 году Университет Джорджа Вашингтона, пошел по карьерной лестнице, пока в 2017 году не был задержан по подозрению во взяточничестве и растрате, за что получил 10 лет лишения свободы. Отсидел из них два года, вышел на свободу, но через очень короткое время опять «сел» за жестокое убийство гражданской супруги.
А вот два примера «болашаковцев», которые не дают однозначного ответа на вопрос – оказались ли бюджетные траты на их зарубежное образование эффективными.
Экс-аким Алматы и бывший зампред партии «Нур Отан» Бауыржан Байбек, ассоциирующийся со «Старым Казахстаном», после январских событий 2022 года находится за пределами страны. А ведь ему, тоже «болашаковцу», прочили блестящую карьеру на политическом олимпе.
Бывший министр экологии Зульфия Сулейменова сейчас трудится Послом по особым поручениям МИД РК, она на недавно прошедшем в Астане саммита RES-2026 рассказывала, каких успехов достиг Казахстан в сфере экологии. Но еще три года назад, в 2023-м, когда после трагического пожара с жертвами в резервате «Семей Орманы», будучи главой Минэкологии, Сулейменова расплакалась на встрече с родственниками погибших лесников, на молодого министра обрушилась добрая доля общественной критики за неэффективность в кризисных ситуациях и отсутствие волевых решений. Немного позже Зульфия Сулейменова сменила работу – стала советником президента. И пропала из публичного поля на несколько лет.
ВРЕМЯ МЕНЯТЬ ПРАВИЛА ИГРЫ
Стоимость одного года обучения одного «болашаковца» достигает 35 млн тенге – плюс минус. Еще в 2022 году депутат мажилиса Айгуль Жумабаева справедливо ставила вопрос о том, почему при таких затратах Казахстан продолжает привлекать тысячи иностранных специалистов по дефицитным профессиям?
«В рамках кодекса (Социального, проект которого в тот момент рассматривался в мажилисе, — Ред.) предусмотрена реализация новых подходов к внешней миграции и подготовлен проект новой концепции «Ашық Қазақстан» для привлечения в Казахстан иностранных ученых и других специалистов по дефицитным профессиям. 29 лет существует программа «Болашак», на которую тратятся огромные деньги налогоплательщиков. Примерная стоимость одного года обучения одного болашаковца составляет до 35 млн тенге. А специалистов как не хватало, так и не хватает. Если из тысяч болашаковцев не нашлось 200 нужных специалистов, и государство опять вынуждено привлекать иностранцев, зарплата которых будет в разы выше, чем у казахстанцев, может, пора ставить вопрос об эффективности и целесообразности этой программы?» — спросила она у тогдашнего министра труда и социальной защиты населения Тамары Дуйсеновой.
На что последовал витиеватый ответ:
«Мы делаем квоту на один год на привлечение иностранных специалистов. При этом действительно часто наших выпускников забываем. Поэтому сейчас в концепции миграционной политики, а также в поправках в закон «О миграции», которые мы как сопутствующий законопроект вносим, предусматривается, что работодатели должны давать запрос на несколько лет. Так будет возможность определить, нужно ли этих людей пригласить из-за рубежа или мы можем обеспечить эту потребность за счет наших специалистов, которых мы сегодня выпускаем или подготовили через «Болашак», — прокомментировала глава Минтруда и объявила о готовящемся рейтинге ценных навыков совместно Минпросвещения и Миннауки и высшего образования.
Правда, о его реальном внедрении и дальнейшем применении в Казахстане после этого заявления никакой публичной информации мы не нашли.
Очевидно, у «Болашака» снова кризис. Программа и до аудита ВАП ассоциировалась у казахстанцев с некоей «привилегией для избранных» и «учебным туризмом». А теперь над ней и вовсе нависла угроза приговора – ведь нет расчетов и анализа корреляции затрат на обучение «болашаковцев» их КПД для страны.
