Несмотря на системную цифровизацию всех процессов в стране и интернетизацию самых отдаленных глубинок, параллельно с прогрессивным светским Казахстаном существует другой, «народный» Казахстан, где в тени официальных институтов рулят самопровозглашенные «врачи», «судьи», «педагоги». Почему в светском государстве XXI века дипломированный юрист проигрывает человеку в чапане, а доказательная медицина – вселенскому закону энергообмена? На самом высоком уровне власть задумалась о деятельности института биев, которой совершенно не препятствует провозглашенный президентом принцип «Закон и порядок».
СУД БИЕВ В ЭПОХУ КОДЕКСОВ
Группа мажилисменов обратилась к премьер-министру Олжасу Бектенову с просьбой проверить организации, использующие в своем названии термины «бии», «совет биев», «главный бий», на предмет соответствия их деятельности Закону «Об общественных объединениях». По их мнению, государство должно обеспечить контроль за такими организациями, чтобы они не вмешивались в вопросы, входящие строго в компетенцию правоохранительных и судебных органов.
«Общественность была шокирована видеозаписью группы лиц, называющих себя «коллегией биев», которые принесли в жертву белую лошадь, якобы «прося прощения за грехи предков». Эти попытки «закрыть портал между мирами» не столько закрыли какие-то двери, сколько лишили людей покоя. Впоследствии граждане обращались с жалобами в государственные органы, но результатов это не принесло. Также в памяти народа остался случай, когда женщина наняла человека, представившегося «юристом и членом организации биев», в качестве адвоката, а позже заявила об обмане – у данного лица не оказалось даже лицензии. Мы не хотим очернять всех, однако подобные факты заставляют поднять вопрос: не используют ли сегодня все кому не попадя авторитет древнего института биев, чей принцип «у честного бия нет родни, а у пристрастного — нет совести» всегда был эталоном честности?» — сказано в депутатском запросе на имя премьер-министра.
По данным депутатов, в Казахстане зарегистрировано 3 республиканских и 17 местных организаций биев. Число их членов исчисляется тысячами. К примеру, в Туркестанской области и в Шымкенте зарегистрированы организации, насчитывающие 8385 членов, из которых 1677 «избраны» биями. И это официальные данные только по двум регионам, указали депутаты.
И Олжас Бектенов подтвердил эту статистику. А еще сообщил, что государство анализировало деятельность этих зарегистрированных общественных объединений, и на момент регистрации учредительные документы соответствовали требованиям законодательства. Но только учредительные документы. Потому что дальше – швах.
«Вместе с тем, в части соблюдения требований к республиканскому статусу, 2 из 3 зарегистрированных республиканских общественных объединений не подтвердили данный статус в установленные законом сроки, то есть не создали филиалы и представительства более чем в половине регионов страны. В связи с этим органами юстиции принимаются меры по их принудительной ликвидации в соответствии с законодательством. Кроме того, установлено, что некоторые объединения не осуществляют деятельность по месту фактического нахождения и допустили нарушения налоговой дисциплины: 4 организации признаны бездействующими налогоплательщиками, по 1 организации приостановлено представление налоговой отчетности», — ответил Олжас Бектенов депутатам.
Мы, конечно, за свободу общественных объединений, если от их деятельности сплошная польза, но если такие организации несут риски двоемыслия в обществе, и люди перестают понимать, кто наделен реальной властью – легитимный орган или общественная организация – то дела плохи.
И хотя Олжас Бектенов в своем ответе подчеркнул, что любые решения таких объединений по вопросам, относящимся к компетенции судов, не имеют юридической силы, в отдаленных населенных пунктах многие вопросы продолжают решать «народные деятели», чей авторитет выше государственного.
Государство уже начало процесс принудительной ликвидации организаций, нарушающих уставные цели, и готовит поправки, запрещающие создание НПО по родоплеменному признаку.
ИНДУСТРИЯ ЧУДА ИЛИ МИЛЛИАРДЫ НА ГОРЕ
Если в юридической сфере «народные деятели» только пытаются захватить влияние, то в медицине и эзотерике они уже построили мощную теневую империю. Оборот «целительско-магической» индустрии в Казахстане за прошлый год превысил 2,9 млрд тенге. Эта сумма в 75 раз больше той, что официально прошла по налоговой отчетности годом ранее. Официально налоги платят лишь единицы, скрываясь за кодом ОКЭД 96.09 (прочие индивидуальные услуги).
Удивительно, но почти половина доходов гадалок и экстрасенсов (1,4 млрд тенге) в 2024 году поступила от организаций и прочих источников, а не только от частных лиц. Это говорит о глубоком проникновении суеверий в бизнес-среду. И последствия такого доверия часто становятся необратимыми.
В Актобе, например, «почетный целитель мира» убеждала пациентов брать кредиты на лечение, причинив ущерб на 572,9 млн тенге. Еще более трагична история девятилетней Амины, которую «врач-новатор» лечил от опухоли мозга недоказанными методами за 20 млн тенге – девочка впала в кому и скончалась. Еще один известный случай, наделавший много шума, произошел в 2021 году в Мангистауской области – 8-летний мальчик сломал руку, но вместо обращения за медицинской помощью родители доставили его к знахарю, и его «лечение» привело к дальнейшей ампутации. Родителей оштрафовали за халатность, законность деятельности самого знахаря проверила полиция. Всё.
Минздрав Казахстана при этом занимает отстраненную позицию – дескать, целительство не относится ни к доказательной, ни к традиционной медицине, а значит, статистику по количеству «лекарей» никто не ведет. Ведомство признает, что оценить такие методики невозможно, и ответственность наступает только тогда, когда здоровью уже причинен вред. Эта правовая вилка позволяет «академиям ясновидения» беспрепятственно выдавать дипломы и плодить новых «пророков».
Почему в эпоху цифровизации, когда Казахстан входит в число лидеров по развитию e-government, люди продолжают искать ответы у тарологов, биев и знахарей? На наш взгляд, причин здесь несколько – это и следствие слабой грамотности и поиска простых, «понятных» решений в обход сложных бюрократических процедур, и недоверие к госинститутам. Когда официальное правосудие кажется недоступным или несправедливым, а государственная медицина забюрократизированной, человек идет туда, где ему обещают быстрый и понятный результат.
Государство, конечно, пытается реагировать превентивно. Разрабатываются запреты на использование названий, вызывающих ассоциации с госорганами, ужесточаются требования к регистрации НПО. Но опыт соседей, например, Таджикистана, показывает более радикальный путь – там ввели уголовную ответственность за колдовство и гадание, поставив на учет более 1,5 тысяч эзотериков.
Ничего подобного в гуманном Казахстане, конечно же, нет. Государство «договаривается» с народными деятелями по-хорошему.
«Законодательство Республики Казахстан основано на принципе исключительной компетенции государственных органов. Только уполномоченные государственные органы вправе осуществлять функции по реализации государственной политики, контролю, надзору и применению мер государственного принуждения. Общественные объединения не обладают властными полномочиями и не имеют права принимать решения, обязательные для третьих лиц. Их деятельность ограничена уставными целями и требованиями законодательства», — рассказал депутатам премьер-министр, но, мы полагаем, депутатам это давно известно.
А вот объединения народных авторитетов, зарабатывающие миллиарды на правовой и медицинской безграмотности, все равно оставляют государство роли догоняющего, вынужденного разгребать последствия бурной «народной» деятельности.
