Самую главную угрозу для социально-экономической и политической стабильности в Казахстане представляет рост цен, это всем понятно. А более всего разгоняет цены тот самый конституционный орган, который отвечает за их стабильность – Национальный банк. Об этом мы уже сказали и в ответ вряд ли что услышим, — крыть нечем.
И вообще, прогнозируя еще большую инфляцию в этом году (10-12 процентов) Национальный банк на себя пальцем не показывает. Дескать, цены растут благодаря повышению тарифов и вырастут еще больше после повышения НДС. Что есть чистая правда. С тем только добавлением, что главным организатором общей инфляции в Казахстане выступает все же сам Нацбанк.
Повторим по пунктам:
а) Устанавливая завышенную базовую ставку, Национальный банк заставляет производителей включать в цены завышенные затраты на пополнение оборотных средств, на кредитование торговых операций и на вложения в развитие. Это называется инфляция издержек;
б) Не осуществляя даже минимального базового кредитования банков второго уровня, но являясь крупнейшим заемщиком у них, Национальный банк печатает для них гигантскую «доходность». Это называется эмиссионная инфляция;
в) Проводя политику «плавающего» курса национальной валюты, с неуклонным скольжением вниз по доллару, Национальный банк осуществляет курсовую инфляцию.
Если же брать в совокупности, то это такая курсовая и кредитно-денежная политика, которая запирает весь банковский и финансовый рынок в «самоудовлетворении», обеспечивает ему инфляционную сверхприбыль вне кредитования и инвестирования реального сектора, блокирует национальный производительный кредит и инвестиции, отдавая экономику Казахстана в полную власть иностранным инвесторам и кредиторам.
Вся такая политика слишком хорошо продумана и тщательно увязана во всех своих аспектах, чтобы быть результатом какого-то недопонимания, случайностей или ошибок. Это очень целостная и высокоэффективная система… внешней эксплуатации нашей страны, закрепления ее в статусе сырьевого и монетарного придатка.
Некоторое недопонимание со стороны должностных лиц, осуществляющих такую политику последствий такой своей деятельности, мы вполне допускаем. Если человека так выучили, если так записано в его должностных инструкциях и приходящих извне методичках, если именно благодаря старательному соблюдению и состоялась карьера, зачем же мучить голову сомнениями? Но вот чтобы прямо совсем не понимать – это вряд ли.
Впрочем, в правительстве тоже сходная ситуация. Министерство национальной экономики сквозь все недовольство и возражения бизнеса, сквозь все тревоги населения, отстаивает идею увеличения сборов НДС, чтобы угнаться за дефицитом бюджета и, особенно, дефицитом бюджета развития. Но налогово-бюджетная система – это как сердце в кровеносной системе – служит перекачке уже имеющихся в экономике средств. Тогда как развитие осуществляется через создание свежего денежного кредитного и инвестиционного ресурса. Чем должны заниматься банки и что успешно заблокировано Главным банком.
А почему государственный бюджет, — тот самый, который при той же структуре налоговых поступлений и той же номенклатуре расходов из еще 10-15 лет назад профицитного стал катастрофически дефицитным? Потому что налоговые поступления растут темпом реального роста экономики, а расходы – темпом раздуваемой Национальным банком курсовой и эмиссионной инфляции, а также раздуваемой вместе с тарифной политикой правительством инфляции издержек.
А как правительство собирается восполнять не поспевающую за ростом цен расходную часть бюджета? Оно хочет повысить налог на добавленную стоимость, то есть повысить налог, собираемый через… цены! И это при том, что на сам же государственный бюджет приходится, по статистике, добрая треть всех тех расходов, которые вырастут с ростом НДС. Натуральная гонка на карусели — за самим собой! Да и другие две трети потребления товаров и услуг на казахстанском рынке, оплачиваемые непосредственно покупателями-казахстанцами, от дополнительного НДС тоже дадут не столько отдачу в бюджет, сколько сжатие платежеспособного спроса и массовое разбегание в тень.
Одним словом, если бы какой-то иноагент имел задание поработать против экономической и социальной стабильности – как раз и придумал бы такую реформу НДС.
Правительство хотело бы начать собирать новый НДС уже с ноября, фактически получится с нового года или позже, потом полгода уйдет на приспособление и неразбериху, следующие полгода покажут, что поступлений много меньше ожидаемого, а издержек – много больше, потом еще полгода-год потребуются на осознание и признание неудачи.
Итого на 2026-2027 годы правительство уже запланировало себе трудности для преодоления, а там подоспеет и еще одна проблема с уже заложенным ныне фундаментом: тариф в обмен на инвестиции.
По утвержденному правительством «Инфраструктурному плану до 2029» года только для электроэнергетики предстоит изыскать 10,7 трлн тенге внебюджетных (то есть коммерческих и возвратных) средств, а по «Национальному проекту модернизации энергетического и коммунального секторов» еще 11,5 триллионов. В среднем получается по 4,4 триллиона в год, при нынешнем объеме рынка услуг электро-тепловодоснабжения порядка 2,3 трлн тенге. То есть, обновление изношенных мощностей обойдется еще в один тариф, а строительство новых – в еще один. Даже без учета банковского процента и прибыли инвесторов.
С прямым повышением тарифов для изыскания «инвестиций» ни правительство, ни акимы играться, конечно, не рискнут. Идущий ныне двукратно опережающий инфляцию тарифный рост – это пока только компенсация издержек, никакого обновления так не получится и планы правительства в таком разрезе остались бы просто на бумаге. Однако уже запущен процесс заемного финансирования: местные исполнительные органы эмитируют свои облигации, их покупает «Байтерек», который сам фондируется, в основном, за границей. Расчеты по таким обязательствам подоспеют как раз где-нибудь к 2029 и последующим годам. И тогда придется выбирать: удушающий тариф или удушающий внешний долг.
Однако другого Национального банка и правительства, извините, у нас для вас нет. В таком контексте чем хуже, тем даже лучше: чем скорее выявится неудача затеи с НДС и «тарифом в обмен на инвестиции», тем быстрее придет реальное осознание того, что президент Токаев еще в 2023 году назвал «разрушением фундамента мирового порядка», реальный переход из старого Казахстана в Новый Справедливый и адекватная такой задаче команда.
Всего в одной колонке не скажешь, давайте завершим пока такой утешительной (за неимением лучшей) констатацией.
Очевидное несоответствие национальным интересам проводимой Национальным банком и правительством политики на самом деле абсолютно … нормально. Нормально и, более того, строго предписано извне среднему и старшему начальствующему составу монетарного, экономического и идеологического блоков. Весь кадровый отбор в этих блоках уже тридцать лет определяется наилучшей способностью к исполнению этих внешне заданных правил. И поскольку «мир, основанный на правилах» (включая и выстроенный на этих правилах старый Казахстан) еще не ушел, поживем пока в нем.
