Как мы ранее писали, следствие продолжает устанавливать круг лиц, причастных к трагедии во время учений 24 сентября.
«Бывшего главнокомандующего военно-морскими силами вооруженных сил РК задержали по подозрению в халатности, повлекшей гибель военнослужащих во время учений в Каспийском море. «Военно-следственным подразделением МВД в рамках расследования уголовного дела по факту гибели военнослужащих во время учений в Каспийском море за халатное отношение к службе задержан и водворен в ИВС бывший главнокомандующий военно-морскими силами ВС РК капитан 1-го ранга. С санкции суда он арестован. Досудебное расследование продолжается». Отметим, что на момент трагедии пост главнокомандующего военно-морскими силами вооруженных сил Казахстана занимал капитан 1-го ранга Канат Ниязбеков», — сообщает КазТАГ.
Первая мысль, которая возникает после этой новости, — а что именно сделал или не сделал главком ВМС? Но это предстоит выяснить следствию, а мы со своей стороны, не претендуя на истину в последней инстанции, посмотрим на уровень ответственности должности.
В общевоинских уставах прямо закреплено, что командиры отвечают за безопасность воинской службы, обязаны предотвращать гибель и травматизм личного состава, устанавливать требования безопасности при проведении учений и лично убеждаться перед началом мероприятий, что безопасные условия созданы.
Так что халатность, в которой подозревают главнокомандующего, теоретически может заключаться вовсе не в непосредственном действии или бездействии, приведшем к трагедии, а, например, в ненадлежащем планировании, организации или контроле. Если следствие установит, что такие обязанности входили в его полномочия и что именно их ненадлежащее исполнение находится в причинной связи с гибелью военнослужащих, то, вероятно, Канат Ниязбеков предстанет перед судом.
Важно помнить, что сам факт задержания еще не означает установленной вины. Она, полагаем, должна заключаться не просто в наличии организационных недостатков, а в конкретных нарушениях со стороны бывшего главкома и их связи с наступившими последствиями.
Отметим, что весной 2026-го Ниязбеков непосредственно руководил другими учениями военно-морских сил и отвечал за их проведение.
Поэтому сейчас перед следствием стоит важная задача ответить на главный вопрос – где заканчивается ответственность непосредственных исполнителей и начинается ответственность командования за систему планирования и контроля.
