Максим Казначеев

Президентское Послание 2026 года преподнесено как некий поворотный рубеж для пересмотра стратегии развития Казахстана. Это вполне логично – ему предшествовал досрочный парламентский избирательный цикл, завершившийся формированием однопалатного Курултая. Теперь, по логике Главы государства, новый дизайн, новый внешний вид политической системы должен быть наполнен и новым стратегическим содержанием.

Встреча министров иностранных дел США и стран Центральной Азии в формате С5+1 в Самарканде показала интересную трансформацию американской риторики в отношении региона. Марко Рубио проводил формально протокольную встречу на фоне иранского провала Вашингтона. Возможно, поэтому и акценты американской стороны были существенно более мягкими.

Текущие социологические опросы в США показывают существенное отставание республиканцев от демократов накануне выборов в Конгресс. Американское экспертное сообщество связывает такой результат с провальным нападением на Иран в феврале текущего года. По итогам выборов республиканцы рискуют потерять контроль, как минимум, над одной из палат парламента. Функционеры партии уже «назначили» президента Трампа ответственным за прогнозируемое поражение.

Несмотря на то, что Казахстан находится в самом центре Евразийского материка, все еще есть необходимость объяснять значимость и безальтернативность евразийской интеграции для страны. Ведь в случае успеха «евразийского проекта» именно Казахстан получает наибольшие экономические и политические бонусы, а в случае провала – именно Казахстан будет нести основные издержки.

30 сентября США официально завершили вывод своих войск из Ирака. Центральное командование Вооружённых сил США сообщило о выводе последних американских военнослужащих и техники с авиабазы в Эрбиле, столице автономного Иракского Курдистана. Ещё в начале 2026 года в стране находилось около 2 тыс. американских военнослужащих, однако к сентябрю большая их часть уже покинула Ирак. Ранее требование ухода США из стран вокруг Персидского залива уже было озвучено в качестве одного из переговорных условий Ирана.