Александра Алёхова

Материалы

Авторитет вместо права, магия – вместо науки

Несмотря на системную цифровизацию всех процессов в стране и интернетизацию самых отдаленных глубинок, параллельно с прогрессивным светским Казахстаном существует другой, «народный» Казахстан, где в тени официальных институтов рулят самопровозглашенные «врачи», «судьи», «педагоги». Почему в светском государстве XXI века дипломированный юрист проигрывает человеку в чапане, а доказательная медицина – вселенскому закону энергообмена? На самом высоком уровне власть задумалась о деятельности института биев, которой совершенно не препятствует провозглашенный президентом принцип «Закон и порядок».

Безопасный труд по-казахстански: миллионы людей работают в «зоне риска»

В Казахстане сформировался устойчивый класс «промышленных заложников» - более 1,6 млн человек ежедневно соприкасаются с опасностью на работе. И это несмотря на принятие амбициозной Концепции безопасного труда в 2023 году и регулярные доклады профильных ведомств о цифровизации контроля. Рост затрат предприятий на «вредность», превысивший 518 млрд тенге, на поверку оказывается не инвестициями в модернизацию, а лишь индексацией выплат за риск для здоровья. Пока мир переходит к технологиям без участия человека, казахстанская промышленность продолжает «покупать» здоровье нации за молоко и дополнительные дни отпуска.

Феномен Серке: легендарный актер стал зеркалом души народа

В год 130-летия со дня рождения эпохальной для казахского театра и кино фигуры Сералы Кожамкулова Казахстан чествует своего легендарного земляка. Его жизненный путь – от первых постановок в степях до звания Героя Социалистического Труда – стал фундаментом, на котором сегодня прочно стоит национальное искусство. Мы вспоминаем не просто артиста, а человека-легенду, чье имя сегодня объединяет поколения творцов по всей стране.

Реальный сектор Казахстана уходит в тень и затишье

Из Астаны идут бодрые отчеты о росте налоговых поступлений и «естественном обновлении» бизнес-среды. В это же время малый и средний бизнес (МСБ) Казахстана переживает один из самых драматичных периодов за последнее десятилетие. Вице-премьер Серик Жумангарин, комментируя массовое закрытие ИП в первом квартале 2026 года, называет это «структурными изменениями» и легализацией самозанятых. Однако за этой оптимистичной риторикой скрываются опасные тендендии – экономический рост страны все сильнее опирается на нефтяную подпорку, а реальный (несырьевой) сектор буквально задыхается в тисках нового налогового администрирования и «голландской болезни».

Миллиарды господдержки не превращают фермеров в бизнесменов

Депутатский корпус в очередной раз выставил счет правительству за системные провалы в аграрной политике. Группа сенаторов предъявила премьер-министру целый список накопившихся проблем – от волокиты при кредитовании до многомиллиардных долгов государства перед фермерами по обещанным субсидиям. Олжас Бектенов ответил в духе «цифрового оптимизма», и если бы все принимаемые государством меры работали на практике, АПК давно бы встал с колен, а не жил в режиме хронического иждивенчества. Так почему за 20 лет господдержки сельское хозяйство так и не встало на ноги? Разбираемся, исходя из депутатских претензий и правительственных объяснений.

Еще от автора

АРРФР меняет правила игры в кредитовании и спасает казахстанцев от долговой ямы

Агентство по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) утвердило масштабный пакет подзаконных нормативных правовых актов, запускающий новую систему рискориентированного поведенческого надзора и защиты прав потребителей финансовых услуг. По сути, это серьезный сдвиг от классического формального контроля к превентивной защите граждан на всех этапах жизненного цикла финансовых продуктов. Новые правила, вступающие в полную силу с 1 января 2027 года, перестроят философию банковского сектора. Во всяком случае, именно такова цель регулятора на фоне рекордного пика закредитованности населения, когда объемы долгов физлиц впервые в истории страны в 1,5 раза превысили кредитный портфель реального сектора экономики.

Игра вдолгую: кто создаст и оплатит новый спутник KazSat-3R?

У Казахстана до 2029 года появится новый спутник в системе космической связи KazSat. На эти цели, как сообщает официальный сайт премьер-министра, выделены более 10 млрд тенге. В использовании собственных спутников для личных нужд наша страна не новичок – до заявленной системы был успешный опыт эксплуатации KazSat-1, KazSat-2 и KazSat-3, причем второй и третий спутники на боевой службе Казахстана до сих пор. Зачем стране еще один спутник? 10 млрд тенге – много или мало во времена бюджетного дефицита? Кто будет строить аппарат? Эти и многие другие вопросы Евразия24 адресовала главному редактору журнала «Космические исследования и технологии» Нурлану Аселкану. 

Создает ли строительный бум в Казахстане долгосрочную экономику?

В Казахстанском институте стратегических исследований (КИСИ) при президенте РК состоялось заседание Экспертного совета по экономике, посвященное развитию строительной отрасли страны. В мероприятии приняли участие представители АО «Казахстанский центр индустрии и экспорта «QazIndustry» и Министерства промышленности и строительства РК. Повестка заседания опиралась на задачи, поставленные Касым-Жомартом Токаевым на совместном заседании палат парламента, где президент заявил: «Мы должны превратить Казахстан в одну большую строительную площадку».

Автопром Казахстана: выход из отверточного рая и борьба с серым ввозом

Правительство собирается очень быстро принять меры по защите отечественных автозаводов от внешней угрозы. Премьер-министр Олжас Бектенов на заседании 21 июля отвел Минфину и Минпромстрою ровно 10 дней на то, чтобы выработать комплекс жестких мер по блокировке так называемого «серого» ввоза автомобилей. Срок в 10 дней для выработки мер по проблеме, которая затрагивает одновременно национальное законодательство, нормы ЕАЭС, таможенное администрирование и техническое регулирование, очень похож на очередное проявление управленческого азарта. Ведь есть риски, что за такое короткое время нормативный акт напишется «на коленке» и будет иметь больше последствий, чем пользы.