Физическим лицам в Казахстане сложно оформить лицензию на старательство, а потом трудно продать необработанное золото с выгодой законным способом. Как результат, процветает «черное старательство» и связанный с ним криминал, которые в республике приобретает все более зловещие и опасные формы.
Напомним о том, что Нацбанк РК с 2011 года является фактически монополистом в вопросе покупки произведенного в стране золота. Однако главный финансовый институт государства интересуют прежде всего аффинированное и аллокированное золото. Из-за этого старатели со своим необработанным золотом оказываются вне поля интереса государственных банкиров.
Скупать золотой песок и самородки в РК могут уполномоченные на это финансовые организации. Вроде как их 11, но публичной информации в открытом доступе практически нет. Ясное дело, что деньги (а золото – это, без вопросов, деньги) любят тишину. Но подобная непубличность очень часто соседствует с достаточно «мутными» и ангажированными схемами.
Золотой лом и промышленные золотые платы от электроники имеют право покупать ломбарды, однако это немного другая тема и к собственно к старателям отношения не имеет.
Итак, даже получив лицензию, не каждый старатель горит желанием продавать золото по заниженной цене. А когда на рынке олигополия, то цена по определению будет заниженной. Тогда физические лица-золотодобытчики обращаются за услугами к криминальным структурам.
Незаконная торговля золотом (и драгоценными камнями) – один из столпов криминальной экономики планеты наряду с торговлей оружием, наркотиками, нефтью, проституцией, порнобизнесом и трафиком людей.
По подсчетам экспертов, Казахстан из-за «черных старателей» теряет порядка 25 тонн золота в год. Для сравнения: Нацбанк в 2025-ом планирует закупить на внутреннем рынке 70 тонн золота, что в текущих ценах составляет более $6 млрд. А если совокупно, то считается, что на каждые три тонны легального золота в РК добывается тонна нелегального.
О мощи «золотой мафии» можно судить по ситуации с поселком Бестобе в Акмолинской области. Официально золотодобычей занимается компания «Алтыналмас», имеющая юридические права на разработку месторождения. Но параллельно ей действует разветвленная и отлаженная сеть «черных» старателей.
Осуществлять нелегальную добычу здесь сложно – нужны специальные «пролазы», поскольку извлечение драгоценного металла осуществляется шахтным способом. Однако криминал с разной степенью успешности коррумпирует штатных горняков компании, получая от них необходимую техническую помощь при золотодобыче.
Разумеется, несанкционированная добыча драгоценного металла происходит с дикими нарушениями техники безопасности, из-за чего «черные старатели» (включая несовершеннолетних) гибнут с пугающей регулярностью.
В 2024 году, когда цена золота на мировом рынке стремительно ушла вверх, задержания правоохранительными органами «черных старателей» в Бестобе выросли в семь раз.
Ситуация в Бестобе – это не совсем проблемы администрирования и государственной политики в вопросах золотодобычи. Здесь в чистом виде криминал, где преступники организовали добычу драгметалла параллельно официальному недропользователю. Однако общая проблема плохой работы с «белыми» старателями создает более питательную среду для «черных» золотодобытчиков.
Депрессивная социально-экономическая ситуация в данном районе Акмолинской области поставляет армию труда, чьи представители за сравнительно скромное денежное вознаграждение готовы рискнуть жизнью в незаконной подземной золотодобыче. Вдобавок преступники-организаторы незаконной добычи часто обманывают своих «контрагентов», не выплачивая обещанных сумм. Они ведь знают, что «черный» старатель не пойдет жаловаться в полицию, поскольку за его деятельность положен внушительный срок тюремного заключения.
Любое преступное сообщество нуждается в некоей идеологии для самооправдания своей деятельности. В случае с золотодобычей вокруг Бестобе становится все больше радикально-религиозного окраса незаконной золотодобычи со всей разветвленной инфраструктурой.
Продолжение следует
