Впечатляюще проведенный марш «Батырларға Тағзым», оставил после себя широкий след в СМИ и соцсетях, как сторонников, так и противников. Противников как в силу естественного проявления чувств и эмоций, собственных взглядов и предпочтений, так и с целенаправленным участием специально обученных людей и вполне серьезных организаций, наших и зарубежных.
По ходу идеологической борьбы была попытка противопоставления картинок-ракурсов: какие флаги, голубого или красного, доминировали. Сравнение, на первый взгляд, имеющее место, однако по сути – глубоко не верное, фактически провокационное. Флаг государства Казахстан цвета неба устремлен в будущее, а будущего не бывает без прошлого. Те и другие цвета – исторически наши, они не разделяют, а объединяют народ Казахстана, его прошлое и грядущее.
Вообще, надо очень и очень аккуратно относится к Истории, по незнанию или легковерию можно попасть в такой ловко устроенный капкан, из которого не выбраться.
Во времена перестройки и «гласности» на развал СССР и советской общности мощно поработали как реальные шокирующие обнародованные факты времен коллективизации, индустриализации и Великой Отечественной войны, так и их тщательно отработанные интерпретации, искажения и прямые подмены.
Вот, например, на современников последних лет СССР потрясающее эмоциональное воздействие оказала такая картинка в одном из перестроечных журналов: бараки концентрационного лагеря за колючей проволокой, а на двух противоположных сторонах две вышки: на одной охранники в советской форме и под красным флагом, а на другой – в гитлеровской, под флагом со свастикой. Дескать, коммунизм и фашизм – родственники, они равны и виноваты в развязывании Второй мировой войны.
И вообще, на фоне СВО и украинской трагедии, противостояния эмоций и аргументов обе стороны запросто обзывают друг друга «фашистами», термин опять входит в нашу новейшую историю. Не только на постсоветском пространстве. В той же Германии – АДГ, во Франции – Народный фронт, В Австрии — партия Свободы, в Англии партия Найджела Фараджа, все эти уверенно метящие на правящие позиции партии квалифицируются их шокированными противниками как фашистские.
Давайте разбираться, и не столько с прошлой и настоящей европейской историей, а с нашей собственной.
Фашизм — чисто европейский феномен, недаром термин перенесен еще из времен Рима. Это персональный вождизм, это государственный тоталитаризм, включая тоталитарную идеологию, и это экспансия. Коммунистическая идея, да, тоже тоталитарна и тоже устремлена во вне, недаром исходный марксизм – такой же европейский феномен. В конце концов, либеральный «конец истории» и всемирная «диктатура пролетариата» — тоже географические и исторические родственники.
Но в чем идеологии европейского фашизма и советского коммунизма категорически, до смертельного противостояния, расходятся, так это в национальном вопросе. Недаром Национал-социалистическую немецкую рабочую партию – партию Гитлера, историки именуют национал-социалистской, а еще определеннее – нацистской. Радикальный национализм и фашизм – близнецы-братья. Европейский фашист, немецкий ли, итальянский, испанский, норвежский, хорватский — любой, это националист. Его собственная нация – превыше всего, именно она имеет право присваивать ресурсы и повелевать остальными народами на земле. Потому-то и потому-то, и потому — аргументы у всякого фашистского государства могут быть разными, но все они вытекают из общей, Европы, истории. А история эта вся сплошь формировалась идентификацией всех ведущих европейских наций через внутреннюю ассимиляцию и внешнее противопоставление. Немцы, как совокупность германских народов, появились в противостоянии с Францией, французы – в противостоянии с Англией, итальянцы – с Австрией, и так далее.
Тогда как на нашем Евразийском пространстве, и исторически это никак не могло быть по-другому, всякое устойчивая государственность, — да, авторитарная и тоталитарная, но — национально симфоничная. Империя Чингисхана, Золотая Орда, Московское царство, Российская империя, Советский союз — это все многоэтничные и разноплеменные образования, со множеством языков и верований. Да, национальный вопрос никогда не был гладким, конфликт между унификаций и сохранением языковой, этнической и конфессиональной самобытности всегда имел место, однако основополагающего для Европы тоталитарного национализма здесь никогда не было и быть не могло.
Так вот, переживаемый нами момент как раз в том, что как бы окончательно объединенный в Европейский союз набор национальных государств, с уже как бы унифицированным общими, от либерализма до ЛГБТ-ценностями, населением возвращается в свое историческое качество.
Европа, да, объединялась и ранее, но только под авторитарным вождистским началом: римские цезари, Карл Великий, Наполеон, Гитлер. А после второй Мировой – это президенты Соединенных штатов, обеспечивающие как военную, так и финансовую крышу над Европой. Ныне США уже фактически оставляют НАТО на содержание самой Европе, а на повестке еще и лишение финансирования от ФРС. Плюс таможенные барьеры.
И все, ни о какой общей европейской политике речи уже не может быть. Как только осознание новой реальности в европейских столицах наступит, начнется политика «сам за себя» и против соседей-соперников.
Идущие к власти в Европе как бы «фашистские» партии — это всего лишь национально-консервативные силы, праворадикального, неизбежного в условиях распада консолидации, толка. Впрочем, поскольку новая европейская реальность будет очень и очень жесткой, возвращение и к чисто фашистским правительствам очень не исключено.
Теперь о нашем, постсоветском пространстве, начиная с самой болевой точки. Украина исторически – это территория совмещения трех: украинцы, поляки и евреи, составляющих, не говоря уже о русских, татарах и множестве других этносов и конфессий. Попыток привести все к одному этническому и религиозному началу было несколько, все – сугубо кровавы и неудачны. В основе нынешней ее трагедии – то же самое: сведение всех к одной государственной мове и одной национальной идеологии. Да еще с самоидентификацией, выстроенной на противопоставлении «Украина – не Россия». Опять – море крови и финальный провал.
У нас президент Токаев сказал: «в Казахстане никто не имеет право навязывать людям, на каком языке им говорить». Емко, точно и своевременно.
Да, от старого Казахстана нам досталась где-то даже демонстративно этническая кадровая политика и нормы языкового законодательства, не во всем совпадающие с реалиями. К тому же надо хорошо понимать: антисоветизм и перекос в этнический национализм – они немножко имели и местное происхождение, но в основном целенаправленно вменялись снаружи. Сначала экономика, потом политика: нам вменили ориентированную на нефтяные поставки в Европу сырьевую экономику, отсюда «разделяй и властвуй» в отношениях к собственной истории и общему интернациональному прошлому.
В этом у нас с Украиной много параллелей, из которых надо делать выводы.
