Эта редакционная колонка посвящена, разумеется, прозвучавшему 28 октября Посланию президента народу. На народ там ориентировано превращение Казахстана в одну большую стройку и решающая цифровизация экономики, тоже с широким народным охватом.
Но как раз в этом смысле, — ориентации на народный интерес, Послание адресовано в первую очередь исполнителям, — министерствам, госхолдингам и акиматам, работой которых глава государства, мягко сказать, не удовлетворен.
И, да, редакция Евразия24 разделяет такое мнение: если не поменять даже не кадры, а сами методы и даже идеологию, за которую упорно держится исполнительная власть, поставленные главой государства задачи – не решить.
Объясним, почему, а заодно приоткроем пару редакционных секретов тактического свойства. Но сначала – об отсутствии того базового фундамента, на который только и могут опираться обе стратегические задачи, и народная стройка и всеобщая цифровизация вкупе с ИИ.
Для строительства таким фундаментом является денежный ресурс, причем не коммерческий и уж тем более не внешнего заемного свойства. В самом деле, в основе масштабного строительства, стоит вслушаться в Послание, объекты социальной направленности: школы, больницы, культура, спорт и вообще соцкультбыт. С точки зрения вложений в будущее нации это самые выгодные и окупаемые затраты, которые только могут быть. А вот с коммерческих позиций – безнадежно убыточные. Не станет же государство пытаться рассчитываться по таким займам через повышение платы за учебу, за лечение или за детские спортивные секции. А брать на бюджет – еще более безнадежное дело.
И вообще: всякий объект социальной направленности, он рыночной коммерции не выгоден: денег со свободного рынка на него не привлечешь и «невидимая рука рынка» его сама по себе не воздвигнет. Здесь нужен именно целенаправленный инвестиционный ресурс в руках самого государства, плюс государственный долгосрочный план промышленного и социального инвестирования.
Ровно то же относится и к электроэнергетической, жилищно-коммунальной, транспортной и прочей инфраструктуре, дожившей до критической необходимости обновления и развития. Если это делать за счет заемного финансирования в рамках правительственной политики «тариф в обмен на инвестиции», история получится очень короткой: тарифами всю энергетику, а с нею и всю экономику с «социалкой» заодно попросту заклинит.
Между тем, денег в стране – не просто много, а с громадным избытком. Как раз и создающим текущий инфляционный навес, а в перспективе угрожающе копящимся в инфляционной «бомбе».
Смотрите: в Послании сказано, что активы банков превысили 75 триллионов тенге, объем депозитов достиг рекордного показателя 52 триллиона. От себя добавим: в ЕНПФ уже более 28 триллионов тенге.
Этого даже двукратно достаточно для осуществления самых масштабных всенародных строек, но… Деньги не принадлежат ни народу, ни государству, они в руках финансовых спекулянтов. Все на круг население Казахстана существенных накоплений не имеет, депозиты сконцентрированы в руках узкой группы физических лиц и корпораций. А от гигантских накоплений ЕНПФ отдача для самих пенсионеров – оскорбительно скудная.
Самое же главное: банковские и финансовые активы «отравлены» стоимостью от 16-20 и выше процентов, использовать их для инвестиций в производительном секторе – смертельно опасно. Да и не дай Бог какая-нибудь финансовая паника, чтобы этот денежный потоп хлынул в реальную экономику!
Между тем, угроза инфляционного «потопа» не перспективно-теоретическая: как раз спекулятивный денежный навес уже сейчас, и уже давно, и создает повышенную инфляцию в национальной экономике.
Смотрите: за прошлый год денежная масса М2 – общее количество денег на счетах Национального банка и банков второго уровня, выросла с 38,3 млрд до 43,8 миллиардов тенге, то есть на 14,4%. Инфляция в том году 12,3% — то есть она тянулась за разгоняющим рост цен денежным избытком на счетах банков и их клиентов. В числе которых, между прочим, и бюджетное Казначейство и «институты развития» во главе с холдингом «Байтерек».
Понимаете, какое дело: всякая попытка поправить бюджетные дела за счет внешнего заимствования, да или просто увеличения трансферта из как бы своего Национального фонда, всякое привлечение зарубежного финансирования нашими нацкомпаниями и холдингами, приводит к дополнительной обменной, а не кредитной денежной эмиссии, разгоняющей цены на внутреннем рынке.
Механизм: заводится новая иностранная денежка, конвертируется в местную валюту – вот вам и очередная подпитка монетарной инфляции на рынке в тенге.
Вот и в этом году к сентябрю М2 выросла уже до 49,7 млрд тенге, рост на 13,4%, в пересчете на год будет под 18 процентов. Инфляция же пока только 9,3%, — благодаря идущему уже год радикальному укреплению тенге. Но подгоняемый банковским денежным навесом монетарный локомотив все равно тащит ее за собой.
Объективный парадокс: все на круг население Казахстана – на крайне скудном денежном обеспечении, весь на круг внутренний бизнес – на диете ограниченной платежеспособности покупателей, энергетикам и ЖКХ – едва-едва хватает тарифной выручки, Минфин же и «Байтерек», пытаясь затыкать прорехи во внутренней экономике через внешнее финансирование, сами же и разгоняют те цены и тарифы, за которыми пытаются угнаться.
Пора понять: вмененная еще старому Казахстану кредитно-денежная, курсовая и инвестиционная политика направлена как раз на обеспечение внешнего «вывозного» интереса и недопущение не выгодного внешним интересантам отвлечения ресурсов на внутреннее социально-экономическое развитие. Проводник такой политики – Национальный банк, а инструмент – завышение стоимости местных денег под предлогом борьбы с инфляцией. Хотя инфляция таким образом как раз и разгоняется.
Тут надо менять не только исполнителей, но и саму политику.
Теперь по цифровизации и ИИ: в основе всего – достаточная по объему и доступная по цене выработка электроэнергии.
Между тем, сейчас энергетика – в дефиците, ввод мощностей срывается, о чем жестко и сказал Президент.
Да, Минэнерго, срывая программу этого года, рассказывает правительству сказки про запланированный до конца 2029 года ввод 13,3 ГВт новой мощности. И это при том, что ныне вся казахстанская энергосистема в самые пиковые часы выдает, хорошо, если 17 ГВт. При том, что ожидаемый максимум на эту зиму – 18,5 ГВт. Опять будем тащить из России.
А знаете, если отвлечься от министерских фантазий, что запланировано в «прогнозных балансах» самого же Минэнерго на уровне 2032 года? Там проставлено сохранение дефицита генерации с учетом нормативного запаса величиной 2,7 ГВт по всему Казахстану, а по Югу зоне (вспомним блэкаут 14 августа) так и все 3,2 ГВт. И это – в условиях попытки угнаться за обычным ростом нагрузок, не говоря уже о масштабной цифровизации.
Одним словом, у нынешнего Минэнерго не только с текущим исполнением, но и с долгосрочным планированием дела обстоят … неважно. Да и есть ли у нас Министерство энергетики, коль скоро на самом деле это министерство нефти и газа, а все профильные активы в электроэнергетике вообще не под правительством, а под ФНБ «Самрук-Казына»?
Теперь про два редакционных тактических секрета, очень даже хорошо ложащихся на поставленные Президентом задачи.
Так вот, опубликовав целый ряд материалов как раз по банковской политике и по положению в электроэнергетике, Евразия24 сделала два редакционных запроса в Национальный банк и в Минэнерго на предмет их реакции.
Что именно нам ответят, мы примерно понимали, но Евразии24 нужна официальная позиция – для продолжения и развития темы. Ответ от Минэнерго уже получен, их все устраивает, ничего менять не намерены. Как и ожидалось, недаром положение в энергетике не выдерживает не только нашей, но и президентской критики. Тормозящую позицию отраслевого органа, за отрасль фактически не отвечающего, обязательно разберем в следующий раз.
Сроки ответа Национального банка тоже подходят, тоже будет важно и полезно, — для лучшего будущего Казахстана, разобрать и такой ответ.
