Политического деятеля выдает то, чего он не делает. Дональд Трамп не ввел «адские санкции» против России. Владимир Путин не отказался от поставок дизельного топлива на американский и мировой рынок. У каждого свои интересы, но они совпали. Платить по «дизельной сделке» будут Европа и Украина. Трампу нужно хотя бы с наименьшими потерями (победа республиканцам не светит) пройти через промежуточные выборы в Конгресс. Путину необходимо поддерживать разногласия в коллективном Западе, чтобы они искрили как можно больше.
Когда Дональд Трамп давил на Владимира Зеленского, чтобы ВСУ не били по российским НПЗ, то не предложил Киеву ничего взамен. Москва давно не атакует украинские нефтеперерабатывающие заводы, поскольку уже вывела их из строя. Незалежную сейчас беспокоят мосты, дата-центры, объекты энергетики и водоснабжения, железнодорожная инфраструктура. Но у Белого дома интересы так широко не простираются.
Киев отказался выполнить требования Вашингтона и тут же перестал получать американские разведданные по приказу Трампа как верховного главнокомандующего. Пошли более чем очевидные ограничения в работе Starlink. «Пряника» у 47-го хозяина Овального кабинета для Зеленского нет, зато «кнутов» навалом.
Дональду Трампу нужно, чтобы до 3 ноября (дата промежуточных выборов) 300 тысяч тонн российского дизеля пришли на мировой рынок и сбили цены в США на АЗС. Потом предполагаются 500 тысяч тонн в ноябре, а дальше еще больше. Сделка оформлена до 7 апреля 2027 года.
На самом деле объемы дизельного топлива из России – это капля в море, если принять общий дефицит солярки. У этой партии нефтепродукта в первую очередь психологический, информационный и PR-эффект. Трейдеры уже включают в цену еще доступного для потребления дизеля его приближающееся исчерпание, а тут появляется новый источник поставок. Он еще только маячит вдалеке, но совсем недавно вообще ничего не наблюдалось.
Зачем Кремлю фактически помогать президенту Трампу в весьма важной для того избирательной кампании? Здесь в первую очередь соображения по линии «разделяй и властвуй». Демократы, которые по всем опросам побеждают, являются стратегическими союзниками европейских ультраглобалистов и будут поддерживать как Украину, продолжающую сражаться в качестве ЧВК Лондона и Брюсселя, так и европейских союзников по НАТО в войне с Россией, которую те активно готовят.
Поддержка Дональда Трампа в подобном раскладе – это игра за политическую силу, которая утрачивает свои позиции, но мешает политической элите Запада консолидироваться под одним знаменем. К тому же 47-ой президент Соединенных Штатов прочно увяз в иранском капкане, из-за чего не может маневрировать ресурсами на украинском направлении. Натовские комплексы ПВО на вооружении Киева стоят без зенитных ракет – все уходит на Ближний Восток.
Про демократическую и республиканскую партии США давно известно, что они являются двумя фракциями одной партии денег. Просто смена в Белом доме позволяет одной партии изображать из себя оппозицию и впитывать протестные настроения, нейтрализуя их под брендами «ослов» (символ демократов) или «слонов» (эмблема республиканцев).
Но в период глобального кризиса, а на дворе сейчас именно он, разница между фракциями партии денег перестает быть символической и обнажается больше точек реального противостояния. Конкурирующие геополитические проекты находятся в еще большей конфронтации. Чем меньше потерь у Дональда Трампа – тем больше проблем у Европы и Украины, а для этого нужно поставлять дизель за пределы Российской Федерации.
Киев платит по «дизельной сделке» падением своих возможностей наносить удары по глубокому тылу России. Европа тем временем ухудшает отношения с Вашингтоном как раз в тот момент, когда все больше в нем нуждается стратегически.
