Визит спецпредставителей президента Трампа в Москву и Киев после длительного, более чем полугодового, перерыва открыл новую серию попыток поиска компромисса на дипломатическом треке. Ранее – в 2025 году, — американская администрация не смогла выполнить договоренности на Аляске. Есть большие сомнения, что эмиссарам Трампа удастся сделать нечто большее в этот раз.
В 2025 году Трамп входил в переговорный процесс вокруг Украины без шлейфа иранского кризиса. Поражение же в конфликте на Ближнем Востоке объективно ослабляет статус Вашингтона как некоего «независимого» арбитра. За последние полгода это увидели все заинтересованные стороны – и Европа, и Москва. Ресурсов для одновременных военных конфликтов на двух разных театрах военных действий у США нет: в геополитике такая ситуация называется «имперское перенапряжение». А потому Трампу нужно выводить страну хотя бы из одного негативного сценария.
Стратегия всех противников Трампа сводится к предстоящим выборам в Конгресс, которые Республиканская партия проигрывает по прогнозам. После выборов Трамп будет назначен виновным в поражении республиканцев, и возможно формирование негласного «антитрамповского» большинства в Конгрессе – из числа демократов, и части республиканцев, не поддерживающих президента (а таковых на самом деле много). После чего все внутри- и внешнеполитические инициативы вашингтонской администрации будут регулярно блокироваться.
На данный сценарий очень рассчитывают в Киеве, Лондоне и Европейском союзе, поскольку полагают, что демократический Конгресс возобновит полноценное финансирование украинского конфликта. Москву такой сценарий на самом деле тоже устраивает – можно будет не отвлекаться на ненужные переговоры «о перемирии» и просто двигать линию фронта в западном направлении. То есть общая ситуация вернется к 2022-2024 году – периоду президентства Джо Байдена.
Для команды Трампа заключение хоть какого-то соглашения, которое можно выдать за мир, наоборот, принципиально важно. В таком случае его можно попытаться преподнести как внешнеполитический успех администрации. После выборов внутриполитическая ценность «украинского кейса» для команды Трампа обнуляется. Поэтому поездка Стивена Уиткоффа и Джареда Кушнера в Москву и Киев рассматривалась как шанс «последней надежды».
Американская сторона разумно не делала ставку на некие новые подходы к урегулированию конфликта, а лишь уточняла статус «анкориджских пониманий». Именно эта дипломатическая осторожность и позволила избежать оценок поездки как прямо и откровенно провальных. Договориться не удалось ни с кем и нигде.
Москва за прошедший год ожидаемо ужесточила переговорную позицию: если верить вбросам из Киева, теперь речь идет о юридическом, конституционном закреплении отказа Украины от «новых территорий». А кроме того, более жестко стало трактоваться требование нейтрального статуса Украины – не только запрет вступления в НАТО, а вообще запрет на вступление в любую военную организацию. Необходимо напомнить, что в Москве обсуждается идея о признании уже и Европейского союза агрессивным военным блоком. Таким образом, новые условия вводят запрет и на евроинтеграцию Украины.
Киев также отказался от выполнения любых требований команды Трампа, рассчитывая на поддержку европейских стран, а также предстоящую победу демократов на выборах в Конгресс. Таким образом, дальнейшие консультации сторон признаны нецелесообразными как минимум до середины ноября.
Фактически, Трампу вежливо порекомендовали сосредоточиться на провальном для него иранском кризисе и предстоящих выборах в Конгресс
