На уходящей неделе президент США Дональд Трамп одобрил соглашение о развитии ядерной программы с Саудовской Аравией. В тексте соглашения отсутствует ключевой пункт – требование к Эр-Рияду присоединиться к Дополнительному протоколу МАГАТЭ, предписывающему допуск инспекторов организации к незадекларированным ядерным объектам, которые потенциально могут использоваться для производства ядерного оружия. То есть, это именно то положение, из-за которого США с Израилем и напали на Иран.
По большому счету, мы видим шаги по легитимизации обладания ядерным оружием со стороны Саудовской Аравии при поддержке Вашингтона. В свое время Эр-Рияд активно инвестировал в атомную программу Пакистана. Инвестировал настолько активно, что конспирологи даже говорили о наличии нескольких ядерных боезарядов у ключевого ближневосточного игрока.
Нынешнее решение Трампа создает благоприятную среду для ядерного вооружения Саудовской Аравии:
- Во-первых, легальная инфраструктура обогащения позволяет накопить оборудование, персонал, инженерные знания и запасы ядерного материала. Даже если все это первоначально используется в мирных целях, уменьшается время, необходимое для перехода к военной программе после политического решения.
- Во-вторых, гражданская ядерная программа может использоваться как политическое прикрытие для постепенной подготовки инфраструктуры, необходимой для обслуживания ядерных боеприпасов: систем безопасности, командных центров, средств доставки, специалистов по радиационной защите.
Риск соглашения между США и саудитами заключается именно в размывании границы между гражданской программой и латентным оружейным потенциалом. Ведь переход от низкообогащенного урана (3–5%), используемого в энергетике, к оружейному уровню (около 90%) требует прежде всего политического решения и времени, тогда как сама технологическая база остается практически одинаковой. И если мы начинаем продавать «налево-направо» линии по обогащению урана, то не можем делать вид, что не понимаем, для чего они покупаются.
Но главная изюминка в другом – ведь теперь, после США, подобный пакет услуг могут предлагать и другие державы ядерного клуба – в первую очередь Россия и Китай. Фактически, мы можем говорить о коммерциализации доступа к ядерному оружию с перспективой формирования нового сегмента оружейного рынка: многомиллиардного и без всяких ненужных формальностей вроде контроля МАГАТЭ.
Наиболее вероятной реакцией на сделку США и Саудовской Аравии станет своеобразный «эффект домино» по ускорению аналогичных программ на Ближнем Востоке, а далее и в Южной Европе: Иран, Турция, Египет, Греция, Италия. То есть практически любые игроки, претендующие на региональное лидерство, должны будут форсировать свои ядерные программы.
Ну и наконец, для Израиля появление у Саудовской Аравии собственного ядерного потенциала означает не просто возникновение еще одного потенциального противника. Тель-Авив столкнулся с перспективой постепенного превращения Ближнего Востока в регион нескольких ядерных держав, в отношении которых он уже не сможет проводить военные интервенции.
Это уже второй недружественный выпад Дональда Трампа против Израиля за неполный месяц – после снятия санкций с Турции и перспектив ее возвращения в программу производства истребителей F-35. Не исключено, что Трамп так «мстит» премьеру Израиля Биньямину Нетаньяху за втягивание в конфликт с Ираном.
