На днях в кулуарах мажилиса у журналистов состоялся интересный разговор с первым вице-министром национальной экономики Азаматом Амриным. Его спросили про дорожающие продукты, а он ответил, что пресса почему-то не замечает подешевевших помидоров, гречки и капусты. А еще открыл секрет – в его семье покупками занимается супруга, поэтому за семейными расходами он не следит. Это был хороший повод порадоваться за правительство, которому, судя по настроениям в МНЭ, удалось обуздать инфляцию. Если бы не одно «но» — между «бумажной» статистикой ведомств и реальным восприятием цен населением не исчезает хронический разрыв. Потребители не просто фиксируют удорожание жизни, они демонстрируют глубокое системное недоверие к «пожарным» мерам правительства по сдерживанию инфляции.
МАГАЗИННЫЕ ЧЕКИ ПРОТИВ КАБИНЕТНОГО ЭНТУЗИАЗМА
Еще раз вернемся к первому вице-министру МНЭ Азамату Амрину – хотим процитировать его реакцию на вопросы про удорожание продовольствия и взаимосвязи инфляционных процессов с повышением НДС.
«Допустим, сейчас на помидоры, капусту, гречку цены снижаются. Почему вы об этом не говорите? Когда вы говорите, что все дорожает, это не так», — ответил он прессе в мажилисе.
По его мнению, ситуация находится под контролем государства, которое принимает превентивные меры по социально значимым продуктам. Амрин апеллирует к нисходящему инфляционному тренду, подчеркивая планомерное падение показателей.
«Пик у нас был 12,6 процента в сентябре прошлого года. Сейчас ежемесячно снижается. По итогам апреля инфляция составила 10,6 процента. По итогам мая мы ожидаем дальнейшего снижения. Думаю, до однозначной инфляции мы в этом году дойдем», — подчеркнул первый вице-министр МНЭ.
Данные Бюро национальной статистики (БНС) за апрель 2026 года формально подтверждают правоту чиновников МНЭ. При этом продовольственные товары в годовом выражении выросли на 11,3%, непродовольственные – на 11,7%, а платные услуги – на 8,9%. За один лишь апрель продукты прибавили 0,7%. Кабмин заверяет – вклад повышенного до 16% НДС в общий уровень инфляции укладывается в расчетные 2-3% и не должен приводить к скачкообразным ценовым шокам.
ХРОНИКИ ТРЕВОЖНОСТИ
Но совершенно иную реальность фиксируют регулярные социологические исследования Нацбанка. Данные опросов за прошлый год и первые месяцы 2026 года демонстрируют глубокий гражданский скепсис – инфляционные ожидания населения остаются стабильно повышенными.
Евразия24 публиковала официальные данные регулятора по итогам 2025 года.
«Краткосрочные инфляционные ожидания в декабре 2025 года составили 14,7%. Высокая неопределенность среди респондентов в условиях текущего баланса инфляционных факторов отражается в сохраняющихся повышенных инфляционных ожиданиях. Наряду с этим медианная оценка инфляции через 5 лет составила 14,3%. В целом, это указывает на обеспокоенность населения по поводу ценовой динамики в долгосрочной перспективе», — напоминаем ситуацию к началу 2026-го.
На протяжении всего прошлого года около 40% опрошенных ежемесячно фиксировали умеренный или очень сильный рост цен на товары и услуги. Максимальная доля граждан, отметивших умеренный рост, пришлась на январь – 49,2%, а к концу года составила 47,7%. При этом пик фиксации «очень сильного роста цен» был зафиксирован в феврале – 46,1%, оставаясь на уровне 37,5% в конце года. При этом абсолютное большинство граждан, а это свыше 73% респондентов, называли главным источником инфляционного давления именно продукты питания. Из них 22% подчеркивали, что реальные цены на прилавках за год увеличились более чем на 20%, что практически вдвое превышает официальные показатели БНС.
В начале 2026 года – с января по апрель – тренд на стабилизацию тревожности на высоких значениях продолжился. Оценка прошедших 12 месяцев колеблется в районе 13-14%, стабильно опережая официальный индекс потребительских цен.
Доля граждан, заявляющих в ежемесячных опросах Нацбанка о том, что цены за прошедший месяц «выросли очень сильно», в январе составила 3,1%, немного скорректировавшись к апрелю до 2,2%. Еще около 7,9-9,3% респондентов ежемесячно заявляют о росте цен в краткосрочном коридоре на 4-6%. Население судит об инфляции не по абстрактной методологической корзине БНС, а по конкретным базовым товарам.
В структуре продовольствия люди выделяют удорожание мясной продукции, свежих фруктов, овощей, сыров и колбас. В сегменте непродовольственных товаров главными триггерами недовольства выступают медикаменты, одежда, обувь и бытовая химия. Среди услуг наибольший удар по кошелькам нанесли ЖКХ, интернет и сотовая связь. Всё, как было в прошлом году.
ФАКТОРЫ УДОРОЖАНИЯ
Особый аналитический интерес представляет сравнение того, какими причины инфляции видят экономические ведомства, а какими считает само население.
Опросы Нацбанка позволяют сформировать четкий ТОП-5 факторов, которые, по мнению потребителей, разгоняют цены в стране:
- прямое изменение цен на продукты питания в магазинах – более 2/3 опрошенных из месяца в месяц указывают на этот маркер;
- стоимость ГСМ стабильно выделяет почти половина респондентов;
- тарифы ЖКХ даже во время моратория оставались мощным проинфляционным ожиданием.
- колебания обменного курса тенге как причину роста цен воспринимают от 25,6% до 29,8% казахстанцев из-за высокой импортозависимости;
- налоговые ожидания в связи с повышением НДС еще задолго до 1 января были тревожными у четверти опрошенных.
А реальность подтвердила эти опасения: первыми на реформу отреагировали операторы сотовой связи, подняв тарифы сразу после изменения налоговой ставки.
Но и помимо базовой пятерки факторов около 20% участников опросов заявляли, что цены в рознице подогреваются сопутствующим ростом социальных выплат, пенсий и заработных плат.
РАБОТАЮТ ЛИ «ПОЖАРНЫЕ» МЕРЫ
На протяжении последнего года правительство Казахстана совместно с Нацбанком и Агентством по регулированию и развитию финансового рынка действовало в режиме экстренного реагирования, задействовав широкий инструментарий административного и монетарного давления на инфляцию.
Нацбанк дважды поднимал базовую ставку – до 16,5% в марте и до 18% в октябре для охлаждения потребительского кредитования и спроса. С 16 октября был введен запрет на повышение цен на бензин АИ-92 и дизтопливо, а также заморожены коммунальные тарифы до конца первого квартала 2026 года. За превышение 15-процентной торговой надбавки на социально значимые товары государство оштрафовало тысячи объектов торговли. С 4 января 2026 года перечень социально значимых продовольственных товаров (СЗПТ), на которые распространяется ограничение маржи, был расширен с 19 до 31 позиции. Принята Программа совместных действий по стабилизации и повышению благосостояния населения на 2026-2028 годы.
Однако, несмотря на столь масштабную активность госаппарата, социологические замеры показывают, что население не верит в долгосрочную эффективность этих шагов. Причина этого недоверия, мы полагаем, кроется в понимании временного и искусственного характера правительственных барьеров.
Скорее всего, заморозку тарифов и административное сдерживание цен граждане воспринимали как «сжатую пружину», раз на инфляционных ожиданиях эти меры почти никак не отразились.
И даже если контроль за надбавками в крупных торговых сетях работает, в стране десятки тысяч мелкорозничных точек продаж, где и формируется реальная стоимость продовольствия.
Единственным условно позитивным маркером в отчетах по результатам опросов Нацбанка стало увеличение доли граждан, имеющих сбережения в виде банковских депозитов с 65% до 70% к началу года. В феврале, по последним данным, доля имевших накопления в банках, уменьшилась на 0,5%. И эти тенденции, на наш взгляд, обусловлены не избытком свободных денег, а высокими ставками по вкладам — они стимулируют людей сберегать последние средства, отказываясь от крупных покупок.
37% опрошенных в апреле констатировали, что их материальное положение застряло на текущем уровне, и этот показатель оказался самым высоким с апреля 2025-го. И лишь 22,6% респондентов надеются на улучшение в будущем – за последний год такого низкого числа оптимистов еще не было.
Да, краткосрочный эффект от попыток финансово-экономического блока управлять инфляционными процессами с помощью административного давления и ужесточения монетарных условий есть. Те же помидоры, гречка и капуста, о которых сказал Амрин, ведь подешевели. Но не на весь базовый набор товаров и услуг, увы, распространяются старания Астаны. Плюс казахстанцы научились адаптироваться к условиям высокой стоимости жизни, демонстрируя рациональный экономический реализм, — они все реже совершают глобальные покупки, ограничиваясь только самым необходимым.
