Мы уже как-то говорили об ожидаемом в мае визите в Казахстан президента Путина. И об объединяющей наши страны роли электроэнергетики. А тут еще такая предыстория: все мы помним, как в 2023 году, тоже во время визита президента России в Казахстан, было оглашено решение о строительстве трех новых ТЭЦ. Потом пришло известие, что из-за отсутствия финансирования Россия из проектов выходит. Правительство сообщило о строительстве Кокшетауской ТЭЦ собственными силами. Хотя на разработку проекта собственных сил еще хватит, а вот на собственное финансирование и комплектацию оборудованием – никак.
Продолжение той же истории: совсем недавно и, конечно, отнюдь не случайно, правительством утвержден «Национальный проект развития угольной генерации на 2026-2030 годы», в котором фигурируют те же три ТЭЦ, но в потрясающем по объемам расширенном наборе.
Это ввод и обновление мощностей на 7,8 ГВт, объекты в Экибастузе (2640 МВт), Курчатове (700 МВт) и Жезказгане (500 МВт), ТЭЦ в Кокшетау, Семее и Усть-Каменогорске, глубокая модернизация 11 действующих станций, включая Аксускую ГРЭС, Экибастузскую ГРЭС-2 и Карагандинский энергоузел.
Финансирование в нацпроекте предусмотрено путем привлечения инвестиций, общим объемом не менее 7,5 трлн тенге. К какой-либо стране, Китаю, России или Европе с Эмиратами не привязанное. Откуда же возьмутся на порядок большие вложения, если даже с отдельно взятой Кокшетауской ТЭЦ не получилось?
Ну, деньги-то, положим, всегда найдутся. Собственно, они уже нашлись: в Казахстане на заемные средства, возвращаемые через тариф, уже возводится целый ряд стратегических энергомощностей. Другое дело, в какой тариф они обойдутся. Минэнерго и Министерство национальной экономики от внесения ясности по этому вопросу тщательно уклоняются, но мы и сами можем легко прикинуть.
Алматинская ТЭЦ-2: 557 вводимых МВт, проектная стоимость 388 млрд тенге, возводят китайцы. Ввод в этом году. Оцениваем:
Годовая выработка при коэффициенте использования мощности, допустим, 0,5 составит 557 МВт х 8760 час/год х 0,5 = 2,4 млрд кВт-час.
Кредит, допустим, на 10 лет, под 5%. Понижение курса тенге тоже примем по 5% в год, итого стоимость кредита с учетом конвертации тенге в валюту 10% годовых. Открываем кредитный калькулятор: коэффициент 1,6.
Подлежащая возврату через тариф сумма – 388 х 1,6 = 620 млрд тенге.
Выработка за 10 лет 24 млрд кВт-часов.
Тарифная надбавка 620 млрд тенге/24 млрд кВт-часов = 26 тенге/кВт-час.
Подчеркнем: это не весь тариф, а только та его часть, которая будет изыматься из электроэнергетики и вообще из экономики Казахстана в пользу китайских инвесторов.
Что же касается общей величины тарифа, с учетом эксплуатационных затрат, — на этот счет от уполномоченных органов тоже полное молчание. Но эксплуатационную составляющую, по аналогии с действующими газовыми электростанциями, тоже можно прикинуть: что-нибудь, с учетом повышенной эффективности парогазового цикла, порядка 15-20 тенге за кВт-час. Итого стоимость электроэнергии от обновленной Алматинской ТЭЦ-2 составит где-нибудь от 40 до 50 тенге за кВт-час. Это многовато, но, казалось бы, не смертельно. Ведь Алмаатинцы и ныне платят от 30 до 40 тенге, а юридические лица и «бюджетники» — от сорока тенге и больше.
Однако не торопитесь успокаиваться: речь идет об увеличении только тарифа на генерацию, тогда как результирующий потребительский тариф складывается еще из высоковольтных и распределительных передач, эта часть составляет примерно половину, и она тоже, разумеется, потребует возвращаемых через тариф инвестиций. Итого на примере Алматинской ТЭЦ-2 мы убедились: модернизация по схеме «тариф в обмен на инвестиции» потребует удвоения, как минимум, тех нынешних тарифов, которые уже сегодня достаточно напрягают как население, так и бизнес.
Правда, инициаторы политики «тариф в обмен на инвестиции», хотя и всячески секретничают насчет ее результатов, могут пока успокаивать себя и нас: новые двойные тарифы можно будет бодяжить на общем рынке электроэнергии, и удорожание не будет так заметно.
Да, пока это один-два объекта, а если стройки за счет иностранных денег пойдут массово?
Вот, пожалуйста, разворачивающаяся грандиозная стройка в Павлодарской области: ВЭС 1 ГВт, система накопления мощности 300 МВт, стоимость 1,2 млрд долларов, возводят китайцы. Считаем:
Годовая выработка при КИУМ 0,35 составит 1 ГВт х 8760 х 0,35 = 3 млрд кВт-час.
Кредит тоже, допустим, на 10 лет, под 5%, с учетом девальвации тенге 10% годовых.
Подлежащая возврату через тариф сумма – 1,2 х 1,6 = 1,9 млрд долларов.
Тарифная надбавка 1,9 млрд долларов / 3 х 10 млрд кВт-часов = 6,3 цента. Или при среднем курсе тенге 550 за доллар = 35 тенге/кВт-час.
Тоже вводимая уже в этом году Туркестанская ПГУ: 1000 МВт, 800 млрд тенге.
Годовая выработка 6 млрд кВт-час, за 10 лет 60 млрд.
Тарифная надбавка 1300 млрд тенге х 1,6 / 60 млрд кВт-часов = 22 тенге за кВт-час.
Итого тариф надо будет как минимум удваивать.
Или вот только что утвержденный Национальный проект развития угольной генерации: 7,8 ГВт, 7,5 трлн тенге.
Годовая выработка 7,8 х 8760 х 0,7 = 48 млрд кВт-часов.
Сумма к возврату через тариф 7500 млрд тенге х 1,6 / 48 х 10 млрд кВт-часов = 25 тенге/кВт-час. Итого будем иметь где-нибудь под 50 тенге за кВт-час обновленной угольной генерации, плюс примерно такая же тарифная надбавка за развитие сетевой составляющей.
Тут еще вот какая закавыка: помимо остро необходимых новых мощностей, еще острее стоит вопрос и об элементарном обновлении имеющихся. А это, в рамках «тариф в обмен на инвестиции», еще парочка тарифных номиналов.
Короче, политика «тариф в обмен на инвестиции» сама же себя заклинит еще в первые же годы ее реализации.
Правда, инициаторы такой политики могут успокаивать себя и нас: устанавливать убийственные тарифы сразу после ввода объектов не обязательно, есть еще льготный период до начала расчетов по иностранным заимствованиям. Да, это хорошее утешение: для тех, кто рассчитывает сидеть на своих постах не дольше 2029 года. Но нам-то с вами жить и дальше, и потому срочно надо искать источники национального инвестирования.
Совместного, кстати сказать, с Россией, — хотя бы потому, что у нее точно такие же проблемы в энергетике и ЖКХ.
И еще потому, что поставки котлотурбинного оборудования от «чужого дяди», от не входящих в Евразийское экономическое пространство Китая, Кореи или Германии – это такое же национальное самоубийство, как и «тариф в обмен на инвестиции».
