За десятилетия позиционирования на международной арене Казахстан не смог выстроить конструкции с самодостаточной устойчивостью. Из-за этого Астана выступает заложником гравитаций внешних игроков и сил. Разумеется, в таких раскладах порой может и повезти. Но, когда геополитическая турбулентность возрастает, проблема высокого уровня потерь неизбежно обостряется. Сейчас на слуху атаки украинских беспилотников на инфраструктуру КТК, однако это далеко не единственное поле разнообразных издержек.
Казахстан никому не враг. Обратная сторона такой реальности: у Астаны нет друзей. В мирное время такое не проблема, а вот когда размежевание по враждующим лагерям стремительно нарастает, отсутствие друзей не дает возможности выстраивать эффективные устойчивые союзы.
Очень яркий пример государства с самостоятельной и самодостаточной внешнеполитической линией – это Индия. Дели сначала определяется с национальными интересами и приоритетами, а потом движется к поставленной цели. Когда на пути возникают трудности, а в существующих геополитических реалиях такое неизбежно, то политическое руководство идет на подобные издержки, поскольку одно необходимее другого.
Фактический разрыв Индии с США и переход от всевозможных англосаксонских альянсов в лагерь ШОС – очень яркий пример самостоятельности курса и способности держать геополитический удар.
Казахстан на индийском фоне смотрится весьма бледно. Когда Россию из-за войны в Восточной Европе обкладывали санкциями, то РК де-факто подключилась к санкционному режиму. Хотя всегда можно было показать подписи Астаны под документами ЕАЭС и заявить, что у нас есть международные обязательства по свободному перемещению товаров в рамках единого таможенного пространства, и мы как ответственная сторона их выполняем.
История с атаками на КТК по сути из той же «оперы». Казахстан выступает заложником инфраструктурного объекта, по которому перекачивается добываемая в стране нефть, формирующая 40% доходов казны. При этом собственного сколько-нибудь слышимого голоса в этих раскладах Астана на фоне Вашингтона, Киева, Москвы, Лондона, Анкары и Брюсселя не имеет.
Организаторы ударов беспилотников по Каспийскому трубопроводному консорциуму не воспринимают РК в качестве игрока, способного создать им серьезные проблемы. Такое впечатление, что заявление МИДа по поводу событий 29 ноября в Новороссийске стало результатом сверхусилий, после чего в Астане сами испугались собственной храбрости и упорно замолчали.
Выстраиваемый Акордой ТМТМ (Транскаспийский международный транспортный маршрут) по своей природе выступает заложником китайско-европейских торговых связей. Если ЕС и Поднебесная общего экономического языка не найдут, то возить через Каспий будет нечего. А ведь при этом Казахстан в любом случае вкладывает собственные усилия и ресурсы и данный транзитный проект.
Во время Второй мировой войны слабостью Финляндии стало то, что у нее был только один план – победа нацисткой Германии в войне с СССР. Плана «Б» не было. В результате Хельсинки пришлось выходить из кризиса на ходу, «ужиматься» в территориях, выплачивать репарации, принимать на себя политически ограничения.
У Румынии план «Б» имелся, из-за чего в 1944 году Бухарест эффективно перешел на сторону антигитлеровской коалиции и смог кардинально минимизировать свои потери. Правда, для этого у Румынии имелась историческая база в виде неудачного опыта участия в Первой мировой войне. Финляндия же в той войне фактически не участвовала, а потому и никакого критически важного опыта государственного строительства не имела.
Из-за многовекторности Астана не может выбрать сторону мирового водораздела и одновременно участвует в проектах противоположной направленности. По задумке, с какой-то стороны это должно принести выигрыш. Но когда у Казахстана нет реальных друзей, то ему не с кем садиться за стол победителей, а вот проиграть на всех направлениях из-за многофакторности происходящего процесса можно запросто.
Вообще-то, отрицательный опыт тоже важен. Потом в исторических анналах будут разбирать и опыт Казахстана, как это уже сделано с Финляндией и Румынией.
